Как поймать монстра. Круг первый

Крошечный сквер был пуст, если исключить дедульку с малолетней внучкой на качелях. – Но для тебя я стану кем угодно, Перейра.

Людей на улице немного: все прятались по офисам и домам, и пешеходный переход пересекали всего несколько бедняг, которых заливало палящее солнце. На углу здания напротив парка прятались в тени скейтеры, вдоль шиномонтажки женщина толкала по улице детскую коляску. Вот и всё.

– Катрин говорит, что в районе Алкали-Флэт заметил субъекта, соответствующего профилю. – С Филу было бесполезно шутить: этому парню ампутировали чувство юмора при рождении, чтобы оно полностью досталось младшему брату. Но Джемма все равно никогда не отчаивалась. – Двигался быстро, пропал в толпе. Направлялся в сторону Бульвар-парка.

Джемма глянула на навигатор.

– О, так это он спешит на свиданку ко мне, – обрадовалась она. – Шик! Пусть малышка гонит его в мою сторону."

"Светофор загорелся желтым, затем – зеленым. Джемма приготовилась завернуть к шиномонтажке, чтобы припарковаться, и уже включила поворотник, – но машины впереди не тронулись.

– Винс выдвинулся к тебе со стороны 12-й улицы. Будь поблизости. Перейди на пеший ход. И действуй по ситуации.

– Черт, обожаю, когда у тебя такой голос, – томно выдохнула Джемма. Из передней «тойоты» вышел мужчина, вглядываясь куда-то в сторону сквера. – Можешь еще мной покомандовать?

Филу отключился. Вот же зануда. Джемма нашарила солнцезащитные очки и собиралась просто свернуть к обочине – фиг с ней, с парковкой, – когда увидела, что люди на светофоре сбились в кучу. Чутье тут же включило аварийную сирену. Да что у них там?..

А потом закричал ребенок. Та самая девочка, которую минуту назад Джемма видела радостно раскачивающейся на качелях.

Джемма оказалась на улице раньше, чем крик оборвался.

Миг – она на дороге, еще миг – и она уже пересекает сквер. Время двигалось рывками, исчезая и снова появляясь. Миг – и перед ней детская площадка.

Душный воздух навалился горячим полотенцем, затрудняя дыхание.

Винсент лежал, зажимая рану. В тот момент – в самый первый момент, тот, который Джемма не хотела бы никогда вспоминать, – ей показалось, что он был весь в крови. Кровь окрасила его гребаную дорогущую рубашку от Тома Форда, из светло-розовой она стала бордовой и черной. Кровь была везде: на горячем асфальте, на его руках, шее, лице, даже на волосах, на его чертовой пижонской укладке. Солнце заливало Винсента, заставляло светиться красным, выжигало растерянность на его лице. Потом солнце сожгло и ее: лицо разгладилось, прежде чем его голова упала на землю.

Время перестало двигаться.

Вместе с ним лишилось движения и все вокруг: девочка, ее дед, закрывающий от нее происходящее, женщина с телефоном у уха. Винсент.