Поиски утраченного завтра

Только пообещай, что ани будут уничтожены полностью и безвозвратно.

– А вы, люди, умеете быть жестокими, – сказала Слаживающая задумчиво. – Хорошо. Я рада, что сделала ставку на вас.

Мы пошли к дверям, и черный пепел сгоревшего кабинета хрустел под моими босыми ногами. Чем хорош черный цвет – на нем не видно крови.

– Не хочешь одеться? – спросила Слаживающая.

– Да, – согласился я. – Если мы не очень спешим. Я бы на минутку забежал в гардеробную Юрия Святославовича.

– Не спешим. Но я должна тебе сказать, Никита. Я поговорила со всеми Обращенными…

– Ни один не согласился вернуться, – кивнул я. – Даже не сомневаюсь. Мы, люди, очень любим трепаться, а вот когда доходит до дела – большинство замолкает.

– Алекс особо просил передать, что ты – дурак.

– Я понял, – согласился я.

Думающие вышли из мятежа первыми. Просто устранились, оценив ситуацию, – мы не встретили ни одного зараженного, хотя по статистике не менее процента населения носили в себе спящие споры.

Стерегущие произвели залп чести. Кажется, так это называлось в морских сражениях, когда капитулирующий корабль давал единственный выстрел перед тем, как спустить флаг? Ночное небо над Пунди расчертили призрачные зеленые лучи – нацеленные в планету и бесследно исчезающие в стратосфере. Залп был всего один, после этого Стерегущие прекратили бой.

До конца сражался только Контроль. Полагаю, искусственный интеллект прекрасно понимал, что второго шанса ему не дадут. К его несчастью, он мог пользоваться лишь взятыми под управление разумными существами, чего было явно недостаточно.

Любая программа должна иметь физический носитель, на котором она выполняется. Можно быть всезнающим и могущественным, но, если у тебя есть выключатель, – ты не станешь полубогом.

Слаживающая привела меня к зданию в центре Пунди, ничем не отличающемуся от прочих. Обычная офисная башня, увитая по стенам цветущими лозами. Я выслушал короткий инструктаж и пошел вниз по винтовой лестнице.

Здесь не было герметичных дверей и люков. Только уходящая вниз лестница и ждущая на ступеньках охрана. Я постоял на верхней ступеньке, глядя в молчаливые, лишенные эмоций лица.

Хопперы, земляне, рили, хро, тао… зуммда.

Какая, к черту, разница.

Я взял рапиру поудобнее и пошел вниз.

Когда я спустился, перешагнув через тело зуммда – он держался дольше всех и убил меня трижды, – по металлическим ступенькам ручейком стекала кровь. Впрочем, изрядная часть была моей собственной.

Контроль обитал в огромном зале с рядами прозрачных колонн, заполненных бесцветной жидкостью. На мгновение я удивился, потом понял, что жидкая форма жизни наподобие ани должна была создать и жидкие компьютеры. Жидкость в колоннах текла, бурлила и светилась.