Поиски утраченного завтра

 – Мы слишком хорошо понимаем, что случится, если выступим против остальных из Большой Четверки. Больше всего пострадаете вы, обычные виды Слаживания. Пока мы будем ломать пространство и время – вы будете умирать миллиардами. Поэтому мы имеем свое мнение о происходящем, но не пойдем наперекор остальным.

– Жалко, – признался я. – Но я понимаю.

– Раскрыть тебе все, что знаю или о чем догадываюсь, я тоже не могу. Это запрещено, – продолжала Визел. – Эта зона одна из самых защищенных на линкоре, но я не могу быть уверенной в приватности.

– Но я могу встретиться с тобой, поговорить, ответить на какие-то вопросы… И если задашь правильный, то кое-что поймешь.

– И сделаю за вас то, на что вы не решаетесь.

– Мне кажется, что я уже все или почти все понял, – сказал я. – Последние ответы я найду на Граа. Но спасибо.

Визел пожала плечами.

– Сколько вопросов можно задать? – спросил я. – И каких?

– Несколько. Обычных. В меру компетенции механика.

Я огляделся. Приходилось исходить из того, что наш разговор могут слушать. Здесь не было Думающего, а чего стоит экранирование Стерегущих против возможностей Слаживающей, я не знал. Но Визел ждала, и я спросил:

– Это старый линкор?

– Не особо. Его имя «Даль-3», уже третий линкор с этим гордым именем. Ему около семисот стандартных лет.

– О да, – сказала Визел. Помедлила. – Не так много, как его предшественники, конечно… Но повоевал. Лет пятьсот назад не вылезал из боев на дальних рубежах.

– Сейчас легче? – спросил я задумчиво.

– Я рад, что спас вашу дочь, – сказал я. – Хорошей работы, главный механик. Уверен, вы разберетесь с вашим… умножителем.

– Все? – удивилась Визел.

– Спасибо, вы полностью удовлетворили мое любопытство… Хотя нет, еще вопрос. К чему вы все-таки стремитесь?

– Да-да. Полноценное слияние сотен различных культур в единую сверхцивилизацию. Но это не цель, это метод. К чему вы идете?

– О, это тоже хороший вопрос! Мы вовсе не идем к чему-то. Напротив.

Она прищурилась, глядя на меня.

– Блин, – сказал я с чувством. – Вот теперь совсем стало жутко. Пока!

Алекс ждал меня в коридоре. Я молча кивнул, мы молча сели в лифт, ожидавший нас. Молча стали подниматься.

Первым не выдержал Алекс.

– Так зачем она тебя звала?

– Выходит, знал, что тетка, – пробормотал я. – За дочь благодарила.

– Еще помог ей потоковый умножитель починить.

– Ты плохой актер, – вздохнул Алекс. – Когда ты озадачен, я это сразу вижу.

– А ты плохой друг, – ответил я. – Жаль, что я не замечал.

Больше мы не разговаривали. Алекс, похоже, обиделся. Но этого я и хотел.

Уже в вагончике, въезжая из темного технологического ада линкора в сияющий технологический рай, Алекс не выдержал и заговорил снова.