В поисках любви

Она откинулась в кресле и приготовилась ждать ужина, но ее мысли крутились вокруг Кингстона. Поймет ли она его когда-нибудь до конца?

Мисс Уайтфилд уснула почти сразу после ужина. Алекс же еще долго не смыкал глаз, любуясь звездами и попивая бренди, что с ним бывало очень редко. Сакарам растянул над ними противомоскитную сетку, которая спасала также и от огромных мотыльков с серебряными крылышками, летящих на свет фонарей. Барке предстояло простоять у причала до самого утра, так как ночное путешествие по реке сулило опасности в виде полузатонувших бревен, мелей, крокодилов и лодок, плывущих без опознавательных огней. Плавание при свете дня было куда более безопасно; сейчас Алекс наслаждался ночной тишиной, нарушаемой разве что привычными звуками, доносящимися из джунглей.

Вой шакалов убаюкивал его не хуже, чем плеск воды за бортом. Мисс Уайтфилд пришла бы от этой музыки в ужас, ему же она казалась вполне мелодичной. Он прикрыл глаза и задумался.

Плавание по реке предоставляло блестящую возможность устроить мисс Уайтфилд неожиданное купание. Если она окажется в воде, бумага на владение Уайлдвудом будет, несомненно, испорчена: чернила потекут, и никто не сможет прочесть ее. И тогда-то он наконец вздохнет с облегчением!

Недаром он ее предупреждал, что не потерпит угроз своей империи! Он смотрел в лицо любой опасности, дрался как черт и никогда не мучился угрызениями совести, если, чтобы выжить, требовался отчаянный поступок… Почему же сейчас, едва подумав о принудительной ванне для мисс Уайтфилд, он испытал чувство вины? Ведь о том, чтобы ее утопить, и речи не было: вымочить как следует, окончательно испортив документ, – только и всего! Сейчас для этого наступил самый подходящий момент. Весь день он только и делал, что отрабатывал детали плана. Однако что-то в его душе сопротивлялось задуманному. Кингстон злился, но ничего не мог с собой поделать.

Среди многочисленных выражений, которые он привык видеть на лице Эммы, одно было особенно невыносимым: когда ее глаза делались вдруг влажными, на губах появлялась обезоруживающая улыбка и все лицо светилось невинной доверчивостью! В такие моменты ему хотелось привести ее в чувство пощечиной и крикнуть: «Что это с вами? Разве вам неизвестно, зачем я вас нанял? Ведь я просто испугался, как бы, оставшись в Калькутте, вы не причинили мне вреда! Я собираюсь отнять у вас ваше наследство! Если все выйдет по-моему, вы утратите доказательства на право владения Уайлдвудом и ваша поездка будет бессмысленна. А как только появится возможность благополучно от вас избавиться, я поспешу ею воспользоваться»."

"Осторожность требовала именно таких действий; избавиться от нее, как только будет уничтожен документ.