Поиграем?

"

"— В кладовке есть ведро и специальная швабра, которая выжимается без того, чтобы насиловать свои руки, я уж не говорю про перчатки. Никто не моет пол на коленках в современном мире.

— Видимо, я не очень современная. А вы почему не сказали мне о наличии специальной швабры?

— Удовлетворял себя результатом твоих действий.

— Удовлетворены?

— Обескуражен. Ты бы могла спросить, прежде чем начать это делать.

— А вы бы могли подсказать, где и что лежит, когда увидели меня с ведром и тряпкой.

— Мог бы. Но интерес, как ты далеко зайдешь взял свое, — скотина. — Как, кстати, занятия? — внезапно перевел тему Зорин.

— Супер, — спокойно отвечаю я. — Дядька-профессор просто прелесть. Спит на занятиях. Все ему уже пересдали двойки, а завтра зачет, на котором все естественно получат пять. И анекдоты классные рассказывает. Мечта студента.

— Кречетов?

— Он самый, — выдыхаю и тут же, как ни в чем не бывало принимаюсь домывать пол у журнального столика.

— Да. Он и в мое время был желейным. Правда не спал.

— Возраст берет свое.

— Ты серьезно, Жень? — удивленно бросает Зорин.

— Не поняла, — приподнимаюсь с колен и выпрямляюсь во весь рост.

— Ты должна была сказать что-то типа: жесть. Тот еще строгий козел, всех завалил и наставил двоек, и всем в этом духе.

— Во-первых, я никому и ничего не должна. Во-вторых, зачем мне врать, если вы после выздоровления выйдите на работу и при желании, увидите фамилию препода? Все знают, что он добряк, и вы не исключение. Не понимаю, к чему эти выверты, — на мой ответ Зорин лишь хмурит брови, а затем сжимает двумя руками свои виски.

— Это пиздец какой-то.

— Эм… вы о чем?

— О том, что ты меня бесишь! Уйди, — цедит сквозь зубы, продолжая сжимать свои виски.

— Не поняла.

— Что тут непонятного?! — поднимает на меня взгляд. — Уйди из моей квартиры, — четко и по слогам произнес Зорин.

Я всякое могла ожидать, но точно не такого унижения. И если хотя бы понимала за что, возможно, было бы легче. Самое обидное, что этот козел еще день назад мне в чем-то даже понравился!

Бросаю тряпку и быстро иду в прихожую. Шнурки на кроссовках, как назло, не поддаются дрожащим пальцам. Наконец, справляюсь, беру ветровку, накидываю на себя и как только тянусь к ручке двери, Зорин перехватывает мое запястье.

— Прости. Башка разрывается. Ерунду какую-то несу, — нехотя, поднимаю голову.

Стоило только встретиться с ним взглядом, как я тут же поняла, что что-то не так. Зорин резко потянул меня за руку на себя и прижался своими губами к моим.

Глава 20

Я замерла от неожиданности, и почему-то вместо того, чтобы возмутиться, просто закрыла глаза, когда Зорин обхватил мое лицо обеими ладонями.