Поиграем, мышка?

Кажется, будто по венам чистый ток бежит, а кожа — тронь и заискрит Сомневаться в том, что это последствия нашей с Рошадом близости, даже не приходится. Значит, нужно выяснять, в чем состоят эти последствия и что с ними делать.

— Странно я, — после подробного анализа уведомляю сиплым шепотом сидящего рядом мужчину. — Что между нами только что произошло?

— Ты разве не помнишь? — с напряженным смешком интересуется мой спаситель. — Мы с тобой занялись тем, чем и должны были заняться, как ты правильно подумала.

— Эм, помню, конечно, и не отказываюсь от этих... мыслей, но мне сложно соотнести это все с тем, что я привыкла считать... интимом, — признаюсь с некоторой заминкой."

"Постепенно восстанавливаю в памяти все случившееся, и приходит запоздалое и жгучее смущение от того, как я себя вела. Не могу сказать, что жалею, но все-таки как-то неловко. Я же его буквально заставила.

— Ты была бесподобна, — ухмыляется этот нелюдь бессовестный, даже не пытаясь скрывать тот факт, что снова читает мои мысли. Ложится рядом, нависая надо мной, целует в уголочек губ, в щеку, мурлычет лукаво на ухо: — Такая пламенная и страстная. Горячая. У меня просто крышу сорвало от тебя, крошка.

Ага. Так и скажи, что уступил моим домогательствам. Мне должно быть очень, о-о-очень стыдно. Но, видимо, организму на это уже попросту сил не хватает. Наверное, полный спектр эмоций меня завтра догонит.

— Ты говорил, что у нас не получится... просто секс. И что-то про «потом будет поздно». Не объяснишь, что имел в виду?

Мужчина отстраняется, снова заглядывая в мои глаза. Хмурится, тяжело вздыхая.

И вот не нравится теперь мне его взгляд. Так смотрят, когда пытаются сообразить, как деликатно сообщить то, что сообщать не хочется.

— Может, сначала в душ сходим? Можешь даже принять ванну, а я ужин тем временем приготовлю. За едой и поговорим. — предпринимает он попытку увильнуть от ответа, что еще больше убеждает меня в необходимости этот ответ немедленно получить.

Хмуро прищурившись, я отрицательно качаю головой.

Говори уже. Обещаю выслушать адекватно. А вот реагировать уже буду по ситуации.

Рошад, полюбовавшись на мое выражение лица почему-то начинает улыбаться.

— Все дело в особенностях моей расы, — явно издалека начинает он. — Мы управляем энергией.

— Какой? — вскидываю я брови.

— Всеми ее формами. Кто-то способен уловить, прочувствовать и контролировать больше, кто-то меньше. Сила и способности у нас разные, хоть и варьируются в рамках расовых характеристик.

— Ого, — округляю я глаза, невольно вспоминая пролетевшую над головой шаровую молнию. — Мило. Вы поэтому светитесь?

— Да.