Поиграем, мышка?

Никогда я не была настолько цельной... и пустой одновременно.

И снова пауза... голодная... выжидающая... чтобы дать мне время привыкнуть. Нестерпимо уже для него. Я чувствую это.

— Мишель, — голос Рошада теперь больше похож на рычание. Он и сам выглядит голодным оскалившимся хищником. Сдерживающимся из последних сил. Ради меня. — Прими меня и мою энергию. Или останови. Сейчас. Потом будет поздно. Просто секс у нас не получится. Не получается. Я уже... не уверен, что смогу остановиться... оторваться от тебя.

Остановить? Он серьезно? Кажется, да... Вот только.

Может, это наркотики виноваты. Может, это я ненормальная, но мне не хочется его останавливать, хоть и страшно продолжать.

Кажется, что еще немного и меня, как беспомощную щепку, подхватит и поглотит воронка бушующего вокруг нас урагана, развеет и растворит. А может уже поглотила, и я просто застыла в эпицентре этого смерча.

Не знаю, что Рошад имеет в виду, и почему потом будет поздно, но я отчетливо чувствую, что точка невозврата нами давно пройдена. Еще до всего вот этого, и даже до случившегося сегодня в моей квартире. Мы должны были к этому прийти. Все происходит так, как должно. Моя интуиция никогда не врет.

— Я... принимаю. Не останавливайся, — требую, смотря Рошаду прямо в глаза, и подаваясь навстречу ему бедрами."

"Миг он смотрит на меня так, будто не верит в то, что услышал. Но вот в мужских глазах вспыхивает хищное торжество, по его коже пробегают ослепительные всполохи. Жесткие пальцы впиваются в мои бедра, оставляя синяки, придвигая ближе, заставляя раскрыться больше, буквально впечатывая в раскаленное мужское тело.

И весь его контроль летит к чертям. Это я понимаю практически сразу. И если до этого думала, что быть с ним до безумия остро и почти невыносимо, то сейчас, когда Рошад принимается жестко с оттяжкой вколачиваться в меня, я в полной мере начинаю осознавать, что понятия не имею на что согласилась и как это выдержу.

Но мысль, как приходит, так и разлетается вдребезги, вместе со способностью мыслить вообще... Остаются лишь голые чувства... пошлые звуки, с которыми сталкиваются наши тела, хриплое срывающееся дыхание, мои вскрики и стоны, его рычание. Рваные жесткие движения... скольжение спины по столу... Спаянные взгляды... И закручивающая воронка чистой раскаленной энергии... внутри меня... вокруг нас... скапливающийся внизу моего живота жар, требующий выхода. Освобождающего взрыва.

Рошад перехватывает мои ноги под колени, закидывает их себе на плечи, наклоняется ко мне, заламывая и прогибая под себя, проникая, кажется до самого сердца. Ловит мои ладони, переплетая наши пальцы.

— Прими все, что я даю. И дай все, что я хочу взять, — рычит, прожигая меня пронзительным взглядом.