Поиграем, мышка?

— Так мы договорились, Мишель? — интересуется хрипло.

— О чем?

— О том, что ты будешь осторожна, и сообщишь мне, если вдруг что-то необычное заметишь.

Меня подрывает отказаться. Но если он мне не солгал, и где-то на свободе действительно гуляет опасный преступник, которому может стрельнуть в голову, что я важна для Рошада, то лучше мне иметь возможность позвать на помощь. Если вдруг что.

— Как я могу с вами связаться?

ГЛАВА 14

Для связи Рошад продиктовал мне номер своего телефона. А еще неожиданно попросил меня дать свою руку. И когда я, не пряча подозрительности, его просьбу выполнила, показал мне на одном из браслетов, которые он же на меня и надел две недели назад, маленькую кнопочку, незамеченную мною раньше.

— Нажмешь тут при любой угрозе. И помощь придет немедленно. Тебя охраняют, Мишель. Я не позволю тебе навредить. Никому.

Эти его слова вертелись в моей голове всю обратную дорогу до лаборатории. Он сидел напротив меня, посматривал задумчиво, а я пыталась сообразить, что все это значит и как к этому относиться. Ко всему, что он сказал, к тому откровенно-мужскому интересу, что столь настойчиво проявляет ко мне... и к угрозе, которая, возможно, нависла надо мной из-за этого самого интереса.

И чем больше думала, тем бредовее теории в голове крутились. Особенно в свете моих странных ощущений.

Так что я решила пока отложить эту тему, и вернуться к ней, когда отдохну и отойду от воздействия этого аномального места. И от поцелуев босса.

Благо, завтра наконец-то суббота и у меня выходной. Если Геннадию Матвеевичу, конечно, никакая шлея под хвост не попадет, и он не потребует, чтобы я срочно приехала на работу, что тоже весьма вероятно.

В научном центре к нашему прилету уже почти никого не осталось. В большинстве зданий в окнах свет не горит. Людей не видно. Машин на стоянке почти нет. Только на взлетной площадке ожидает Керуш, мой охранник и водитель в одном лице. Кстати, теперь я его присутствие рядом с собой уже как-то по-другому немного воспринимаю. Неужели Рошад его ко мне приставил из-за меня самой, а не из-за проекта, над которым я работаю? Может такое быть, или это уже у меня самомнение начинает зашкаливать?

И еще... я как-то раньше не обратила на это внимания, точнее не придала значения, что для меня не свойственно, но сейчас отчетливо понимаю, что у профессора таких же браслетов, как у меня, нет и в помине. А ведь именно он мозг и руководитель проекта. Его и должны охранять в первую очередь, если исходить из очевидных причин."

"Стоит нам выбраться из вертолета и Рошада словно подменяют. Он больше не смотрит на меня, даже когда помогает спрыгнуть на землю. И руку отпускает сразу же, заставив ощутить неуместное чувство потери.