Поиграем, мышка?

Тем, кому доверяешь. И чье доверие ценишь. С кем хочется делиться самым сокровенным. И о ком хочется все знать. Ближе него у меня никого нет. Ни в этом мире, ни в родном. Я даже начала чувствовать себя дома здесь. Потому что он рядом.

Это так странно. Немного страшно. И волнующе настолько, что даже дышать порой тяжело.

Никогда раньше такого не чувствовала.

Надо будет обдумать.

И осознать.

— Ну все, — оборачивается ко мне объект моих размышлений. Опирается бедром о край стола. И, судя по его сосредоточенному серьезному и даже деловому виду, мысли мои он точно не слушал. — Бьярен просил передать тебе благодарность за помощь в расследовании. Он уже сегодня направит по этим точкам отряды эмиссаров. Будут проверены все случаи исчезновения женщин в этих и соседних регионах. И перекрыты все возможные каналы сообщения между нашими мирами.

Ух ты. Мне чуть ли не привет от Бьярена передают. Это, что ответная благодарочка за мое понимание ситуации с Бемби? Демонстрация доверия?

— Это... хорошо. Как думаешь, Хас сейчас на Земле, или в Ильмондаре? — интересуюсь я у мужа, стараясь не заострять своего мысленного внимания на бородатом эмиссаре.

— Почти уверен, что в Ильмондаре. У меня после наемнического прошлого осталось много связей в теневом мире. Его пару раз видели мельком в соседней с нами Сольгоне. Он что-то явно затевает. Я нутром чую это, — хмурится Шад. — И у меня до сих пор нет уверенности, что я действительно нашел настоящего предателя.

Зная, насколько мой супруг не любит посвящать меня в «свои» проблемы, я не могу не оценить степень его откровенности. Мне очень хочется встать и подойти к нему. Обнять. Подарить свою поддержку. Но я по-настоящему боюсь спугнуть момент. Да и не уверена, что ему сейчас нужно мое участие. А навязываться не хочу.

— Юргар в себя так и не пришел? — тихо спрашиваю вместо этого.

— Нет. Лекари говорят, нужно еще с неделю, чтобы его энергетические каналы восстановились в достаточной степени. Тогда и выведут его из комы. Если сделать это раньше, то мозг будет необратимо поврежден. А мне нужны его воспоминания.

Что-то в его интонациях говорит мне о том, что не только из-за воспоминаний Шад печется о выздоровлении своего советника.

— Какая ты у меня проницательная, — опустив голову и смотря на меня в упор, дергает губами в невеселой улыбке муж. — Да, Мышка, ты права. Я не хочу, чтобы столь блестящий ум был уничтожен. И существует вероятность что Юргар все же не виноват... и мне претит сама мысль, что он навсегда может превратиться в тупой овощ из-за того, что его подставили. А если все-таки виноват, я предпочту убедиться в этом лично. И приговор вынести лично.

Я понимающе киваю, а Шад отталкивается от стола и идет ко мне. Протягивает руку.

— Давай мы добавим кое-что к функционалу твоего тагита.