Поиграем, мышка?

Умелые пальцы Шада в это время проникают под кружево моих трусиков, чтобы приласкать уже влажную для него плоть. Толкаются внутрь, заставляя гортанно застонать ему в рот. Вынуждая подаваться бедрами навстречу, умоляя о большем.

— Хочу тебя, — шепчу исступленно, обнимая его ногами.

И, ахнув, запрокидываю голову, когда муж одним толчком нанизывает меня на себя. Так полно... Так правильно...

— Я никогда не смогу тобой насытиться, — хрипит он, прижимаясь своим лбом к моему, вколачиваясь в меня так, что стол начинает съезжать.

— А я тобой, — выдыхаю со стоном, вверяя себя без остатка.

ГЛАВА 64

— И все-таки я пришла по делу, — напоминаю Шаду спустя маленькую вечность, наполненную чувственным безумием.

Со стола мы уже давно успели переместиться в кресло. И теперь я с преогромнейшим удовольствием сижу на коленях у растрепанного мужа и отвлекаю его от тех самых дел.

— М-гм, что-то такое припоминаю, — бормочет он мне на ухо, продолжая бессовестно тискать. — Ты говорила, что закончила расчеты. Нашла что-то интересное?

— Да. Не знаю, насколько это тебе поможет, но я с почти девяностопроцентной уверенностью могу показать тебе на карте, в каких странах, и даже в каких их регионах, Хасмиер и его шайка крутят свой бизнес, — сообщаю Шаду с тем особым удовлетворением, которое можно испытать только, когда на отлично выполняешь сложную задачу.

— Даже так? — подбирается мой супруг. — Покажешь?

— Так, затем и пришла. А не для того, чтобы от настырных поклонниц тебя спасать, — фыркаю, поднимаясь с его колен и оправляя платье. Помялось опять, но это пустяки.

Сходить за лэптопом много времени не занимает, и вскоре я уже показываю мужу результаты своего трехдневного труда.

— Вот, смотри. Вот такая картина вырисовалась за минувший год, — открываю я карту. На ней благодаря программе уже нанесены координаты тех мест, где судя по всем показателям и предоставленным мне данным, чаще всего открывались несанкционированные эмиссариатом переходы. — Получается, у меня на родине они частые гости, но и у соседей наших с разных сторон тоже пасутся, гады. Славянок тырят в ваш Ильмондар.

— Не удивлен. Как-то у вас исторически так сложилось, что среди славянок фуэнты встречаются чаще всего, — задумчиво бормочет Шад, что-то колдуя над моим лэптопом.

Его пальцы начинают светиться. Муж делает странный пас, будто растягивая что в воздухе двумя руками, поднимает их вверх. И перед нами внезапно разворачивается та самая карта, как огромная объемная проекция, светящаяся голубым. Высчитанные мною переходы выделяются темно-синими точками. И белыми цифрами светятся показатели обозначенных мест.

А Шад принимается все это вертеть, увеличивать и детально рассматривать.

— Ух-ты, — восхищенно цокаю языком. — Я тоже так хочу.