Индийский поход. Атаман

Колонна, качая высокими шапками с черными перьями и околышком в красно-белую клетку, начала их преодолевать, солдаты спотыкались — на самом деле они быстро обшаривали одежду убитых в надежде отыскать несколько монет. Конница Холкара их больше не тревожила, превратившись в пассивного наблюдателя и не горя желанием отомстить за павших товарищей. Урок оказался впечатляющим.

Вся первая линия взорвалась орудийным огнем. Теперь ядра стали достигать рядов англичан. Особенно доставалось их левому флангу, защищенному речным обрывом — по нему заработали молчавшие до поры русские единороги, и следовало признать, выходило у них мощно. На глазах Перрона удачно запущенная граната разорвала на части офицера, другая произвела страшные опустошения прямо посередине шеренги, расколов ее пополам. Уцелевшие командиры заставили сипаев ускориться, перейти на бег, чтобы миновать опасный участок. Но русские пушкари не дураки, они сразу перешли на картечь, которая начала стричь ряды с энтузиазмом безумного садовника. Офицеры гибли один за другим — красномундирники не выдержали и побежали назад, многие бросились к реке, чтобы спрятаться за обрывом. Деревня-форт разразилась дружным «Ура!». Англичане сконцентрировали на ней огонь своих шестифунтовок. Глиняная деревенская стена мужественно принимала удары, но долго не простоит.

Хорошо, что в центре союзных войск все обстояло куда хуже. Как ни старались португальские артиллеристы, но они не могли добиться столь же интенсивного огня — сказывались и недостатки пушек маратхов, и качество пороха. Произведя не больше десяти выстрелов, они были вынуждены укрыться за пехотой — сипаи, шотландцы и королевская пехота вышли расстояние ружейного выстрела, оставив за спиной десятки, сотни погибших во славу Ост-Индской компании. Белые мундиры встретили их беглым огнем, выдавать слаженный залп они так и не научились. Зато англичане постарались на славу — тысячи ружей одновременно выплюнули горячий свинец, производя страшные опустошения в рядах маратхской пехоты.

— Заряжай! — доносились до Перонна команды офицеров на французском. Так было принято, солдаты маратхов к ним привыкли, их дрессировали как собачек — на голос.

Наемники, бывшие сержанты, надрывали глотки, требуя держать строй и стрелять. Их потуги выглядели бы смешно, если бы не были столь драматичны. Вид то и дело падающих рядом товарищей парализовал обороняющихся. Они подались назад в надежде разорвать губительную дистанцию. Тщетно! Пехота Лейка перешла на огонь на ходу — сложнейший прием, взятый на вооружение британскими офицерами после восторженных отзывов о победах русского Суворова. Подвижные стреляющие редуты — так прозвали эту методу."

"Англичан, шотландцев и сипаев задержали рогатки.