Индийский поход. Атаман

Слияние Ямуны с Гангом считалось у индусов священным местом, в котором нужно обязательно совершить омовение, очиститься от грехов, избавить себя и предков от новых циклов перерождения (4). Толпы верующих лезли в воду не так далеко от нашего лагеря. Дурной пример заразителен — казаки не удержались от искуса. На третий день моим глазам предстала картина, от которой волосы встали дыбом. Я стиснул челюсти, чтобы не сорваться на крик — эти идиоты купали коней в Ганге и сами купались. Не просто мылись, а радостно плескались в прохладной воде на мелководье, а кто-кто и глубже забирался. С головой ныряли, распугивая местных крокодилов и плывущих к Бенгальскому заливу мертвецов! Мало я их шпынял — ох, мало! Совсем нюх потеряли, гвардейцами атамана себя вообразили…

— Зачетов, мать вашу! Вы кудой полезли?

— Так чистая водичка, вашбродь — лепота! — оправдывался передо мной урядник в костюме Адама, как и все казаки. — Даже кипятить не надо.

У меня в отряде с водой было строго. Во фляги — только кипяченая вода.

— Ааааа!!! — раздался дикий крик поблизости.

Из зарослей у воды выбежала совершенно голая мокрая Марьяна с вытаращенными от ужаса глазами. Зачетов спал с лица, хотя успел на автомате прикрыть срам рукой.

— Что случилось, дочка⁈

— Там! — ткнула пальцем Марьяна в направлении кустом. — Чудище! Зубастое!

Я сорвал с себя черкеску и накинул на покрытую одними мурашками девушку, не упустив случая оценить ее стати, полюбоваться. Тяжелая, высокая грудь, талия… Хороша, чертовка!

Зачетов, как был голышом, запрыгнул на мокрого неоседланного коня, подхватил пику и отважно поскакал к месту купания Марьяны. Раздался громкий звук тупого удара, бешеный плеск воды, матюги урядника. Казаки побежали смотреть, что случилось. Разгалделись как сороки:

— Ничего себе!

— Да в нем аршина три!

— А наш-то урядник каков! Не Гавриил, а Егорий! Ну, который Победоносец, который змея поборол.

— Вот же ж страхолюдина! А морда, морда… Жуть!

— Видал уже такого. Думал бревно — а оно вона как!

— А сожрать его можно?

Мне уже все стало понятно. Гавиал, гангский крокодил — вот, кто напугал Марьяну и кого Гавриил насадил на свою пику.

Дрожащая девушка вцепилась в меня как клещ, прижималась всем телом. Я не сильно сопротивлялся, даже наоборот. Обнял ее покрепче, чтобы согреть, спустил руку на пятую точку. Тут тоже все было очень упруго и волнительно. Не имея возможности подойти к казакам, громко крикнул:

— Жрать не советую. Это местный крокодил, человеческой мертвечиной питается.

— Тьфу ты, прости Господи! — заблажили казаки, выскакивая из воды.

— Зачетов, теперь понял, почему я ругался на ваши купания?

— Понял, — донесся хмурый голос урядника.