Пограничник. Том 1: На афганской границе

Горечь оттого, что надо ему расставаться с человеком, с которым с пеленок он плыл по жизни в одной лодке.

— Чего вылупился? — Улыбнулся я, — сюда иди, дубина ты стоеросовая.

С этими словами я встал и крепко обнял брата. Обнял так, как хотел обнять с того самого момента, как вновь увидел Сашку живым. Он ответил мне тем же: до хруста стиснул мне спину. Мы расцепились.

— Не понимаю я, как ты все помнишь наперед, — признался Сашка, — но все, что ты говорил, все сбылось. Это выходит, нам с тобой и правда Афган?

Брат поджал губы и неуверенно отвел взгляд. Горечь разлуки теперь отразилась еще и на его молодом светлом лице.

— Ничего страшного, Саня, мы ж с тобой Селиховы. Мы везде сдюжим, — сказал я с улыбкой и положил руку брату на плечо.

— Ты, главное, вернись живым, Пашка. С целыми ногами и руками. Вот это щас для меня главное.

— Вернусь. Не переживай. И ты вернешься, уж я-то знаю.

Сашка робко улыбнулся.

— Где наша не пропадала? — Я рассмеялся сдержанно, — уж если мы Семку Мухина и пятерых его ребят уделали, тогда, в восьмом классе, помнишь?

— Помню, — улыбка Сашки стала ярче. — Вдвоем на пятерых.

— Ну. Тогда что нам Афган?

— По плечу, — согласился я.

— Э, братья-акробатья, — подошел ефрейтор, тормошивший до этого других отбывающих, — кончайте прощаться. Машина ждет.

— Ща, бегу, — буркнул Сашка.

Ефрейтор глянул на Сашку недоверчево, и добавил:

А потом потопал между нарами, подгонять остальных, кто собирался.

— Ладно, побегу, — Сашка накинул куртку, хотел было уже отправиться к каптерке, но замер.

— А правильно ли это?

— Что мы с тобой на этот хитрый фортель пошли.

— Ты ж всегда хотел в ВДВ, — улыбнулся я.

— Спасибо, — сглотнул Сашка тяжелый ком. — но разве тебе самому не хочется…

Сашка поджал губы, кивнул. Побежал в открытую каптерку за своей сумкой. Я наблюдал, как прапор построил всю команду в коридоре, за дверью казарм. Потом их повели на плац.

Я медленно, чтобы не разбудить остальных, пробрался к маленьким окнам, что глядели во двор сборного пункта. На плацу ребят уже ждал автобус З8АС. Свет фонарей, смотревших на машину со здания казарм, освещал ее мокрый от дождя зеленый кузов.

У машины их уже ждал майор Сапрыкин со своим лейтенантиком. Команду построили, несколько раз пересчитали, и призывники стали грузиться в автобус. Спустя полминуты, его двигатель рыкнул, и З8АС покатился по плацу, миновал ворота и исчез в темноте краснодарских улиц. Я наблюдал, как часовые закрыли за ним массивные створки ворот.

— Ну все, Сашка, — прошептал я тихо, — я сделал все, что мог. Теперь уж и ты меня не подведи. Выживи.

В автобусе шумело. Старлей Машко ругался на призывников, подгонял оставшихся ребят занять свои места в автобусе.

Я вошел и сел одним из первых. Занял крайнее заднее место.