Пограничник. Том 1: На афганской границе

— Ты чего, забыл, с кем разговариваешь⁈ — Снова взорвался старлей, — забыл, где находишься⁈ Да я тебя, за уклонение от службы в тюрягу засажу так, что ты баланду до ишачий пасхи хлебать будешь! Прям щас вызову дежурного, что б тебя на губу отправили!

Лейтенант орал, а я, все это время, спокойно смотрел ему в глаза. У Машко снова покраснел, на лбу и шее набухли вены. Глаза покраснели от капилляров.

— Ну, чего молчишь⁈ — Зло крикнул он, окончив свою тираду.

— А чего мне сказать? — Пожал я плечами. — Мы оба знаем, кто получит по шапке, если команду не отправят всрок.

— Пошел вон! — Рыкнул он.

— Есть, пойти вон, — я пожал плечами и встал. Направился на выход.

— Нет, стой. — Отдышавшись, позвал меня старлей.

На Машко не было лица. Мгновение назад красный как рак, старлей побледнел. Устало откинулся на кресло и потянулся под стол. Достав сигареты, закурил.

Я прекрасно понимал, что Машко ничего мне не сделает. О том, что команду он проверяет в впопыхах и сильно торопится, знали мы оба.

Я вот, знал причину этого из Сашкиного письма, которое прислал он мне в учебку, еще в прошлой жизни. Сашка рассказал, что перед отправкой всю ночь их таскали к старлею-покупателю. Что офицер торопливо проводил с призывниками личные беседы.

У старлея было три дня с момента вверения ему команды, чтобы утвердить личный состав. Да только Сашка поведал о слухах, что ходили про старлея. Будто он направился в командировку в Краснодар не зря. Уверив начальство в том, что поспеет в срок, старлей приехал в город и двое суток сидел у молодой жены, упрямо отказывавшейся отбыть с Машко в таджикскую глушь.

Не ожидал старлей, что ему придется менять кого-то из призывников. Потому, наехав на меня, Машко оказался в тупике.

— Значит, ты — Александр Селихов, младший брат Павла Селихова? — Спросил он серьезно.

— Так точно, товарищ старший лейтенант.

Машко вздохнул, струсил на пол сигаретный пепел. Он внимательно посмотрел мне в глаза. Я взгляда не отвел.

— Ладно. Брату скажи, чтобы лишнего не болтал, если че.

— О чем это вы? — Изобразил я удивление.

— Да так, ни о чем, — угрюмо ответил старлей. — Иди. Отправление завтра в шесть утра. Поедешь служить на Советскую границу.

— Паша… Паш, проснись…

Сашкин тихий шёпот вырвал меня из беспокойного сна. Я продрал глаза. Увидел усталое и сонное лицо брата.

— Нас уже отправляют, — хрипловато сказал он.

Я быстро встал с кровати, силой воли изгнав остатки сонливости из тяжелой головы.

— Ну вот мы с тобой и расстаемся, — Сашка натянул свитер, уселся на мою кровать, чтобы надеть ботинки. — Подумать только, всю жизнь мы с тобой бок о бок, и тут на тебе.

— Ничего, Саш, привыкнешь. Будем с тобой связь поддерживать. Письма друг другу писать.

Сашка встал. Во взгляде его я увидел горечь.