Молот Пограничья. Книга II

— Помнишь, как ты мне про князя Владимира Святославича былину рассказывала? Не ту, где про железного змея, а вторую, как ее…

— Про терем и алатырь-камень? — улыбнулась бабушка. — Чего это ты вдруг?

— Ага, про него. — Катя обернулась, подмигнула и поманила меня рукой. — Игорь спрашивал. Говорит — хочу послушать, вот прямо сейчас надо!

Я нахмурился и украдкой показал ее сиятельству вредине кончик языка. Но огрызаться, конечно же, не стал — тем более, что бабушка и не думала интересоваться, с чего это серьезный и занятой глава рода вдруг решил наведаться на кухню среди бела дня, чтобы послушать старую сказку.

— Ну, сейчас так сейчас. — Бабушка пожала плечами. — Дело хорошее. Аристократу положено знать своих предков.

— Предков? — удивился я. — Значит, этот самый?..

— Владимир Святославич, один из первых князей Великого Новгорода. Его считают прародителем не только Белозерских, но и некоторых других фамилий. — Бабушка отодвинулась, пропуская меня на кухню. — В том числе и Костровых. Так что давай, Игорек, ставь самовар на стол — будем чай пить.

— Чай? Мы ж совсем ненадолго заглянули… — тоскливо протянула Катя. — А можно?..

— Нельзя, — отрезала бабушка. — Былины надо слушать без спешки.

Опуская на стол сияющую громадину самовара, я не выдержал и рассмеялся — настолько у Кати оказался забавный вид. Она явно не рассчитывала, что бабушка подойдет к делу так серьезно, и, похоже, уже успела пожалеть, что потащила меня на кухню.

Но деваться нам обоим было уже некуда.

— На Ильмень-озере, на Волхове-реки стоит господин Великий Новгород…

У бабушки даже голос изменился — стал чуть мягче и каким-то гладким, будто она пыталась протягивать гласные нараспев. И не просто пересказывала древнюю легенду, а воспроизводила точь-в-точь — в том самом виде, в котором когда-то давно услышала сама.

Бабушка немалую часть жизни провела вдали от Пограничья и, если верить слухам, в свое время считалась одной из первых столичных красавиц. Но я почему-то без труда представил ее в ветхом сарафане. Не на кухне в господском доме Гром-камня, а в самой обычной крестьянской избушке — лет этак сто-двести назад.

— И сидел в том городе князь Владимир, сын Святославич, и была у него жена — княгиня Ольга…

Катя украдкой вздохнула. Ей явно не терпелось поскорее добраться до того самого места с верстовыми столбами… или камнями, но бабушка шла по порядку. И начала издалека — с весьма пространного описания семейства и дружины почтенного князя.

Через несколько минут я и сам заскучал. Эта былина, похоже, описывала по большей части трудный путь через Тайгу, а та часть истории, где Владимир в честном бою одолел железного змея, упоминалась лишь вскользь.