Молот Пограничья. Книга II

Нет, друг мой, речь идет о чем-то маленьком — однако неизмеримо более ценном, чем все золото, которое искатели добывают за год.

— Жив-камни, — догадался я.

— Именно. Эти светящиеся побрякушки стоят куда больше алмазов, сапфиров и изумрудов, которые так любят благородные дамы. Не говоря уже о тех возможностях, которые получают их обладатели. Бесценная находка — и удивительно редкая. — Орлов усмехнулся и покачал головой. — Думаю, вы не хуже меня знаете, что рабочие автоматоны не встречались в Тайге уже много лет.

— Если вы намекаете на то, что мы привезли сегодня…

— Ваша добыча меня не волнует, — отмахнулся Орлов, не дожидаясь, пока я начну строить из себя оскорбленную невинность. — Полагаю, вы, как порядочный человек и аристократ, вполне способны решить свои дела с Таежным приказом и без моего участия.

— Таков уж мой долг перед короной. — Я развел руками. — Разве нет?

— Надеюсь, вам и впредь хватит благоразумия не забывать об этом. Хотя бы потому, что теурголиты настолько редки, что большинство из них уже давно так или иначе отметились в документах — купчих, завещаниях, каких-нибудь описях… Особенно если речь идет о камнях категории «средний» или «большой». — Орлов на мгновение задумался. — Последних, если мне не изменяет память, на всю страну наберется не более полутора сотен. Не так уж и много, согласитесь.

— Всего ничего, — усмехнулся я. — И уж их-то канцелярии его величества положено знать все до единого.

— Можно сказать и так. — Орлов чуть сдвинул брови. Похоже, мой намек ему не понравился. — Однако в последнее время Москва получает все больше донесений о появлении… скажем так, новых теурголитов. Которые, судя по всему, никогда не проходили через Таежный приказ.

Я молча кивнул. Чего-то такого следовало ожидать. Если уж Зубовы везли кресбулат чуть ли не целыми мешками, их люди отыскали за Невой целое кладбище автоматонов… Или даже сколько-то там исправных — и у каждого внутри прятался драгоценный жив-камень.

— Один в Ярославском княжестве, еще два — в Полоцком. И еще около десятка — в южных уездах. — Орлов чуть понизил голос и продолжил чуть ли не шепотом. — Не меньше трех больших камней, Игорь Данилович. Вы представляете, что это значит?

— Так вот о какой контрабанде вы говорили, — отозвался я. — Кто-то торгует из-под полы, а не через Приказ, и казна лишается тысяч рублей. Полагаю, один большой камушек стоит целое состояние.

— Да! То есть… Матерь милосердная, дело не в убытках. Точнее, не только в них! — Орлов зажмурился и тряхнул головой. — Вам ли не знать, какая сила скрыта в каждом таком камне. Питать родовой алтарь или привести в движение волота — лишь малая часть того, на что способны теурголиты высшей категории.