Пограничье

   Мы с Глеаниром переглянулись, мальчишка пожал плечами, мол, сама виновата, а потом вежливо распахнул передо мной дверь, зачем-то жеманно сложив губы бантиком. Я послала ему в ответ самую благодарную улыбку, на какую только была способна, и шагнула внутрь. А в следующую секунду я поняла: не видела я красивых мужиков в своей жизни. Ни одного. Этот был как марципановое пирожное с вязкой ромово-изюмной начинкой и горькой, черной, шоколадной глазурью...

   — Легги! Поторопись! — рассмеялся мужчина, а я второй раз в жизни покраснела. И с досадой подумала, что пора развязываться с Эро и его семейством. Я за последние пару недель в неловкие ситуации попадала чаще, чем за всю предыдущую жизнь.

   — Это папа... с мамой ты уже знакомилась, вроде... Пап, а может, мы на кухне поедим? Павлик там для нас с Софкой велел стол накрыть...

   Марципановый бог тряхнул темными шоколадными кудрями, волнами лежащими на плечах и, грозно нахмурившись, велел:

   — Мигом! За братом! Весь стол сюда тащите. И для меня захватите что-нибудь.

   Глеанир расстроенно посмотрел на меня, еще помялся на пороге секунду, а потом все-таки убежал, я же немедленно почувствовала себя одинокой и брошенной.

   Павлик, убью тебя, честное слово!

   — Прошу вас, милая леди! — хозяин дома поманил меня рукой и ласково улыбнулся. — Что же вы застеснялись? Прошу вас, проходите, присаживайтесь ...

   Кивнул в сторону диванчика, на котором, поджав губы и сложив на коленях тонкие руки в кружевных перчатках, сидела мама Эро. Я демонстративно прошла в другой угол гостиной и устроилась в неудобном низком кресле. Мужчина покачал головой, но никак не прокомментировал мой демарш, зато Лорридис скривилась. Мелочь, но приятно.

   — Я, наверное, должен извиниться за то, что нечаянно подслушал ваши забавные мысли.

   Хорошо, хоть не заставил меня просить прощения за то, о чем я думала. А что, забавно получилось бы: «Простите меня, дорогой сэр, я не хотела думать, что вы пирожное. И бабушку вашу я есть не буду, хотя очень хотелось бы». Подумав об этом, я громко ойкнула и закрыла лицо руками.

   Отчим Эро рассмеялся.

   — Не смущайтесь, клянусь, я больше вас не слушаю. В тот раз все произошло машинально и только с целью узнать, кто за дверью... Честное слово, если бы я слушал всех и всегда, я бы давно сошел с ума.

   Я облегченно вздохнула. Все-таки, это чудовищное счастье — иметь возможность думать о чем угодно.

   — И давайте уже познакомимся, что ли, — он по-птичьи наклонил голову к плечу, и даже птичка из него получилась очень и очень симпатичная. — Диллинхель Рис, глава этого маленького сумасшедшего дома. Для друзей и близких просто Ди.

   — Сонья Ингебога Род, урожденная Унольв, — представилась я и уточнила:

   — Я тут как бы в гостях у Пауля.