Погоня за отцом

Фред, ростом ниже меня, но пошире, мог вас легко одурачить. Как раз тогда, когда вы решили, что неплохо было бы обменять часть его мышечной силы на силу ума, он мог забить клин туда, где и трещину было трудно заметить. Жаль, что Орри знал, какой он красивый. Зеркало может быть удобным инструментом, как вашим собственным, так и висящим на стене, но только не в том случае, если вы больше заинтересованы в проверке своей прически, чем в объекте.

При появлении Вулфа все трое встали. Поскольку Вулф не видел их уже довольно давно, то обменялся с каждым рукопожатием, после чего протопал к столу, а Сол, Фред и Орри развернули кресла, чтобы сидеть лицом к нему. Я доложил Вулфу, что ввел всех в курс дела, выдал деньги, и мы обсудили с Орри его задание по проверке алиби Джарретта.

Вулф посмотрел на Сола и спросил:

– Есть соображения?

Сол закрыл блокнот и ответил:

– Несколько дюжин, пожалуй, набралось бы. Как и у любого другого. Самое трудное сейчас состоит в том, что мы не знаем, когда именно Карлотта Вон стала Элинор Деново. Это сильно усложняет поиски.

– Но ты считаешь, что в первую очередь нужно выяснить именно это?

– Для нас с Фредом – да. Конечно, сейчас предпочтительнее всего делать ставку на Джарретта-младшего, но это уже для вас с Арчи. И еще Маккрей. Баллу сказал Арчи, что Маккрей хотел бы встретиться с вами.

Вулф поджал губы. Он терпеть не мог приниматься за работу.

– Арчи, позвони мистеру Маккрею! – прорычал он. – Я сам с ним поговорю.

Если вам кажется, что дозвониться до вице-президента проще и быстрее, чем до президента, то вы заблуждаетесь. Кто-то из наиболее рьяных подчиненных наотрез отказывался соединять нас с мистером Маккреем до тех пор, пока трубку не возьмет сам Вулф. Наконец Маккрей снял трубку, но и тут Вулфа постигло разочарование: он вежливо поинтересовался, не сможет ли мистер Маккрей приехать в три часа, но тот не был уверен, что успеет даже к шести, и в свою очередь спросил, нельзя ли перенести встречу на понедельник. Маккрей куда-то уезжал на уик-энд, так что в конце концов они сторговались на шести.

Наша славная троица задержалась до ланча. Я позвонил в Вашингтон знакомому генерал-лейтенанту из Пентагона, который не забыл услуги, некогда оказанные ему Вулфом, и пообещал помочь Орри, насколько это было в его силах. В остальном полтора часа ушли на обсуждение задания Сола и Фреда. Кроме двух имен и фотографий, у них ничего не было. Сыщики не знали даже, где жила в то время Карлотта-Элинор – в Нью-Йорке, пригороде Нью-Йорка или даже в Висконсине. Из всех, кто знал ее тогда, нам были известны лишь четверо: Джарретты, отец, сын и дочь, и Бертрам Маккрей. Дочь Джарретта жила в Италии. Маккрей сказал мне все, что ему было известно об Элинор Деново.