Атомный поезд

В приёмной ожидали начальник первого экипажа БЖРК подполковник Ефимов, его помощник майор Волобуев, особист майор Сомов, почти сразу вслед за ним пришёл полковник Белов. Командиры с недоумением поглядывали на старшего лейтенанта, которому явно нечего было делать в такой компании. Но, с другой стороны, случайные люди сюда не попадали. Через несколько минут собравшихся пригласили в кабинет к командиру части.

Кроме самого Булатова, там собралось все начальство: специально прибывший из Тиходонска подполковник Кандалин, майор Маслов, подполковник Кравинский… Они сидели во главе стола для совещаний со строгими и значительными лицами, словно члены военного трибунала, готовые огласить суровый приговор.

Членов первого экипажа посадили на противоположный конец стола.

— Вначале хочу объявить приказ по личному составу, — поздоровавшись, начал Булатов. — За высокие показатели в службе и достигнутые успехи в служебно-боевой подготовке стажёр Кудасов назначен старшим оператором смены запуска…

Командиры удивлённо переглянулись. Не такое уж это событие, чтобы собирать руководящий состав БЖРК!

— Я на него представления не подписывал! — резко сказал Белов. — К тому же назначение старшим оператором, минуя должность оператора, это нарушение…

— Я знаю, кто подписал представление! — перебил его командир части. — Майор Маслов сделал это! И на какую должность кого назначать, знаю тоже я! Так же, как кого и когда освобождать от должности!

Намёк был достаточно прозрачным. Белов замолчал. Булатов продолжал смотреть на него в упор, до тех пор, пока полковник не опустил голову.

— Но я…

Булатов взглянул на Кандалина и поправился:

— Но мы собрали вас не для объявления этого приказа. Точнее, не только для объявления этого приказа…

Собравшиеся насторожились. Дело шло к главному.

— Решением высшего командования нашему комплексу приказано произвести учебно-боевой пуск с использованием ракеты, оснащённой ядерной боеголовкой!

— Настоящей?! — изумлённо выдохнул Ефимов.

— Повторяю: учебно-боевой пуск ядерной ракеты, — холодно отчеканил командир особого дивизиона. — Это имеет исключительное военно-политическое значение, а следовательно, перед нами поставлена задача чрезвычайной важности и от её успеха очень многое зависит. Для каждого из нас. В том числе, не буду скрывать, и для меня… Выполнение важного задания есть высокая честь и огромная ответственность…

Среди собравшихся прошёл лёгкий шумок, но тут же смолк. Руководство первого экипажа уже поняло, кому доверена высокая честь. И кто понесёт огромную ответственность. Каждый переваривал новость. Но было видно, что никого она не обрадовала. А полковник Белов стал белым, как полотно.