Атомный поезд. Том 1

А с Куртом в чем наша вина? Или с Маринкой? Нас же там не было, мы их не охраняли! Вот с Черепом, тут да, но тут вопрос принципа! Ты мне, Влад, честно скажи: у тебя ведь с Маринкой шуры-муры были? Иначе ведь ты б в него стрелять не стал?

Малков поднял на товарища тяжелый взгляд.

– Ты думаешь, я тебе отвечу? Наливай, давай!

Они допили водку, закусили сырокопченой нарезкой и сыром.

– А когда нас в Чечню посылали, мы не были идиотами? – спросил Ломов. – Зачем туда идиотов посылать? А помнишь, на что нас пустили? Мы же группа захвата особо опасных преступников, вот они и бросили нас под автоматный огонь в Первомайском: там ведь особо опасные преступники, вот вы их и захватывайте! А там не захват, там бой, общевойсковая операция, другая тактика, другие силы и средства, другое взаимодействие! Сколько ребят полегло, тебе за малым голову не отрубило! А кто нас посылал? Тот же Мезенцев! Так, может, это он идиот?

– Скорей всего! – согласился Малков.

– Тогда теперь ты посылай его в задницу и больше о нем не вспоминай! А я тебе вот что скажу: надо нам поискать старый БЖРК через ветеранов-отставников! Ведь если бы сегодня с нами старикана не было, хрен бы мы этот вагон нашли!

– Точно, – кивнул Влад.

– Вот и надо разослать телеграмму по управлениям, чтобы порасспрашивали ветеранов, которые пятнадцать лет назад работали по линии железнодорожного транспорта! Кто-нибудь что-нибудь обязательно вспомнит!

Влад снова кивнул.

– Молодец, Толян! Голова у тебя варит! А теперь давай отдохнем!

Расположившись на удобных мягких полках, «близнецы» расслабились и закрыли глаза. Монотонный стук колес быстро их усыпил.

* * *На северо-западе Тиходонского края, в трехстах восьмидесяти километрах от краевого центра располагается небольшой рабочий поселок Кротово. Пятнадцать тысяч жителей, мукомольный комбинат, овощеконсервный завод, железнодорожная станция. Глухая провинция, чахлый очажок жизни в тиходонских степях.

В двух километрах от Кротово издавна располагалась часть железнодорожных войск, с которой жители имели плотное и разностороннее общение. Кто-то устраивался в вольнонаемный персонал, молодые парни, отслужившие в армии и не нашедшие себя на овощной и мукомольной ниве, поступали на сверхсрочную. Большинство контактов носило неофициальный характер: перебравшись через хлипкий забор, крали то, что плохо лежит, но может пригодиться в хозяйстве, меняли на самогон у солдат и старшин мазут и уголь для печей, доски и краску для ремонта квартир, ношеное и новое обмундирование. Так продолжалось до начала девяностых. Под влиянием реформ все кротовское хозяйство благополучно пришло в упадок: консервный завод остановился, на мукомолке не платили зарплату, воинская часть тоже агонизировала и в конце концов была расформирована.