Подсказчик

Он встал и направился к одной из закрытых дверей в глубине комнаты. Джозеф в нерешительности перешагнул вслед за ним за порог.

Он ступил в темноту. В комнате находилось нечто учащенно дышавшее. Молодой человек тут же подумал, что это животное, и отпрянул назад.

— Ну, смелее, — подбодрил его тип. — Смотри внимательнее.

Чтобы привыкнуть к темноте, Джозефу потребовалось несколько секунд. Слабого света, исходившего от стоявшей на столе газовой лампы, едва хватало, чтобы слегка осветить лицо юноши.

Тот лежал на кровати с привязанными толстой веревкой к стойкам кровати руками и ногами. На нем была клетчатая рубашка и джинсы, но при этом он был босой. Стянутый вокруг рта платок мешал ему говорить, поэтому он издавал лишь несвязные звуки, похожие на стихи. Волосы на лбу стали сырыми от пота. Он извивался, как плененное животное.

— Кто это? — спросил Джозеф.

— И что я должен с ним делать?

— Все, что захочешь.

— Но я не знаю, кто он.

— И я тоже. Он ехал автостопом. Я посадил его в машину на обратном пути сюда.

— Может, нам следует развязать его и отпустить?

— Это все, что ты хочешь?

— Да потому, что это и есть доказательство того, что представляет собой власть и как она связана с желанием. Если ты пожелаешь освободить его, пожалуйста. Но если тебе захочется от него чего-нибудь еще, то сейчас ты волен сделать выбор по своему усмотрению.

— А ты, случаем, говоришь не о сексе?

Тип разочарованно мотнул головой.

— Твой кругозор очень ограничен, друг мой. В твоем распоряжении человеческая жизнь — самое большое и поразительное творение Бога, — и единственное, что тебе приходит в голову, — это просто отодрать его.

— А на что мне человеческая жизнь?

Джозеф снова посмотрел на юношу, на лице которого застыл ужас.

— Но я не хочу этого знать, — возразил он.

— Потому что боишься. Боишься последствий, того, что можешь быть наказан, либо просто чувства вины.

— Это вполне нормально — бояться таких вещей.

— Нет, Джозеф, это не так.

Молодой человек даже не обратил внимания на то, что этот тип назвал его по имени: в тот момент он был слишком занят тем, что то и дело переводил свой взгляд с незнакомца на юношу и наоборот.

— А не ты ли сам говорил, что можешь сделать это, можешь лишить кого-либо жизни, и никто никогда не узнает об этом?

— Никто? А как же ты?

— Вспомни, это я похитил и привез его сюда. И потом, именно я закопаю его труп…

Джозеф опустил голову.

— И никто не узнает об этом?

Джозеф долго смотрел на свои руки; его дыхание учащалось по мере того, как его охватывала странная эйфория, незнакомая ему прежде.

— Я хочу нож, — сказал он.

Тип отправился за ним на кухню. Джозеф тем временем пристально посмотрел на юношу, который, рыдая, направил на него свой полный немой мольбы взгляд.