Парень подруги. Ты не для меня

Она отвернется от меня навсегда, Диана и без того мне ни на йоту не верит. К тому же велика вероятность, что Ежиха просто зассыт и ничего не скажет. Как тут можно предугадать? Совершенно непонятно, что она там своими опилками в башке думает…

Только если влюбить в себя Синеглазку? Чтоб не сбежала уже. Но как это сделать за короткий срок?

У меня слишком мало времени, чтобы убедить Ди, что она для меня не игрушка.

15

Злой как чёрт приехал на репетицию. Швырял вещи по гримёрной, гремел стулом.

— Чё с тобой творится, Мир? — спросил Диман, который сидел рядом со мной.

— Ничего, — хмуро отозвался я. — Проблемы кое-какие.

— Это я вижу, — хмыкнул он. — Так саданул телефон о столешницу, что я не уверен в том, что он выжил.

— Выжил, — ответил я, почесав в затылке. — Он уже и не такое переживал.

— Может, я чем помочь могу? — спросил Дима.

— Да нет, — упрямо тряхнул я головой. — Ничем. Но спасибо, что предложил.

— Да не за что, — улыбнулся тот. — Пошли тогда. Читать пьесу.

— Угу.

Мы вместе поднялись на этаж выше, прошли через сцену и сели в зале на второй ряд. Первые ряды стали постепенно наполняться актёрами нашей небольшой труппы.

— Привет! — услышал я возле уха и ощутил, как щекочут шею и уши женские волосы. В нос ударил сладкий парфюм.

Поднял голову вверх. Светка, наша коллега. Она немного старше нас, но мы неплохо общаемся с ней. Я так и вообще ""очень"" хорошо. Было дело.

— Привет, — ответил я, Дима подключился тоже.

Она села рядом со мной по другую сторону.

— Как пары прошли? — спросила она.

— Как обычно, — буркнул я."

"— О-о, кажется, кто-то сегодня не в настроении, да? — кокетливо заулыбалась она.

— Именно.

— Кто ж тебе его так изгадил?

— Да есть одна.

— Хочешь, я ей патлы выдеру?

Уставился на неё. Она в ответ смотрела на меня, потом рассмеялась.

— Да шучу я.

Да уж. Гениальные шутки. Отвернулся и подпёр подбородок рукой.

— Ну хотя, если очень надо… — она прильнула ко мне на плечо. — То могу и выдернуть. Кто она и что сделала? Она тебя бросила? Дура.

— Я её.

— Какой ты злой мальчик.

— Мальчики в яслях сидят. На горшках.

— Ну хорошо, парень, — снова засмеялась она. — Но всё равно злой. Ты сердцеед, Мир. Нельзя так с девочками. Мы же нежные, нас надо любить.

— Так получается.

— И что ты тогда расстроен? Ты же её бросил, а не она тебя.

— Неважно.

— Утю-тю, какой суровый Мирослав.

Её рука легла на моё колено и сжала. Пошла вверх. Губы оказались возле моего уха.

— Ну хочешь, я тебя утешу? Как тогда, в гримёрке после репетиции…

Её губы коснулись мочки моего уха.

— Свет, — увернулся я от неё и скинул её руку.

— Что?

— Убери руки, — недовольно посмотрел я на неё.

Света отодвинулась и хмыкнула.

— Твоё сердце больше несвободно? Или член?

— И то, и другое, если тебе так это интересно, — ответил я ей.