Подруга плохого не посоветует

Прочь из этого дома! От это человека, который стал совершенно чужим!

Выбегаю из подъезда и со всех ног припускаю к дороге, на ходу размахивая руками, останавливая такси, как нельзя кстати оказавшееся рядом.

Меня колотит, крупной дрожью. Так что зуб на зуб не попадает. Не помню, как добираюсь до дома Жени. Как поднимаюсь на последний этаж. Прихожу в себя, только когда оказываюсь перед дверью в его квартиру, а рука сама тянется к звонку.

Нажав на кнопку, судорожно вздыхаю, поправив растрепавшиеся волосы, чувствуя как затапливает волнением до самых краев.

А что если он не обрадуется? Что если не ждет? Что если все его слова окажутся ненастоящими. Все мои страхи оживают — шевелятся в груди, лишая силы сделать простой вздох.

Слышится звук отпираемого замка, и дверь распахивается. На пороге стоит Женя. В одних спортивных брюках, свободно висевших на бедрах, босой, какой-то весь, растрепанный, злой.

Уставляется на меня своими грозовыми глазами, не говоря ни слова. Не приглашая зайти, но и не прогоняя.

— Жень, — роняю жалобно.

— Чем заслужил ваше царское внимание? — прохладно интересуется он, по прежнему стоя в дверях, — выкроила пару минут для быстрой встречи? Мне нужно скакать от радости? Вилять хвостом?

— Нет, — удрученно качаю головой, уже сомневаясь в том, что правильно поступила, придя сюда. Еще одного мужика с разборками я просто не выдержу. — Я, пожалуй, пойду."

"— Как хочешь, — жмёт плечами.

Кивнув, растерянно оборачиваюсь и ступаю к лифту, судорожно стискивая пальцами ремешок сумочки.

— Зачем приходила-то? — насмешливый вопрос в спину.

— Не знаю, — шепчу чуть дыша, а потом добляю тихо-тихо, — я от мужа ушла.

Лифт не успел уехать, поэтому стоит мне коснуться серебристой кнопки, как он приветливо распахивает свои двери.

Только я и шага не успеваю сделать, как меня подхватывают и рывком прижимают к крепкой груди.

— Что ты там промямлила? Я не расслышал? — напряженно чеканит он.

— Ничего. Все хорошо.

— Ты ушла от него? — требует ответа.

— Да.

Замираем оба. Молчим, только сердца грохочут так, что оглохнуть можно.

— Жень, пусти, я пойду, — устало выдыхаю, чувствуя себя опустошенной.

— Дурочка что ли? Никуда я тебя теперь не отпущу, — и, подхватив на руки, несёт к себе домой.

Ставит на ноги только в прихожей, после того, как запер дверь, словно боясь, что я сейчас передумаю и сбегу.

— Проходи, — легонько подталкивает дальше, вынуждая пройти вглубь квартиры. Я сдаюсь, позволяя ему себя вести, чувствуя, как внутреннее напряжение отступает.

Мы прошли в гостиную и остановились, не зная о чем говорить. Я чувствую себя скованно, смущаюсь как нецелованная девчонка.

— Жень, пожертвуешь мне футболку, — мямлю, глядя себе под ноги, — у меня ничего нет.