Подруга пирата

И все из-за этого проклятого Дансинга!

Несколько дней в городе ходили слухи о расторжении его брака с Джасиндой. Шептались, что он был втянут во что-то незаконное, что пахнет скандалом и может обесчестить дом Хайпорта. Маркиз вызывал его в свой кабинет, строго разговаривал и отослал в Виридиан до той поры, пока не улягутся все неприятности.

— Не соверши ошибки, Роджер, — предупредил его старик. — Если подтвердится хоть один из этих слухов, я отрекусь от тебя и оставлю без наследства.

Виридиан. Это было прекрасное место для совершения убийства и могло бы быть чудесным уголком, чтобы поселиться здесь с Джасиндой. Никто вокруг не помешал бы им. Только Блекстоук и его молодая жена. Но жить здесь одному, лишенному общества, даже без девки, чтобы сорвать свою злость… Скоро он сойдет с ума.

В комнату вошел Смитенс.

— Письмо, милорд.

— Что это? — спросил Блекстоук, не поворачивая головы в сторону слуги.

— От мисс Лорали, сэр. Она сообщает, что приедет, как вы просили, и надеется, что вы пришлете за ней карету.

— Когда? — обернулся Блекстоук.

— Завтра.

— Очень хорошо, Смитенс. Устрой это.

— Как прикажете, милорд. — Смитенс развернулся и вышел из гостиной, закрывая за собой двойные двери.

Ну что ж, наконец-то ему удастся встретиться с женщиной, которая может разоблачить его, подтвердить дурные слухи и разрушить его благополучие.

— Мисс Лорали, у вас очень мало шансов выбраться отсюда живой, — пробормотал он, глядя в окно своими голубыми глазами.

— Твой выбор, дорогая, — сказал герцог Локсвоз, глядя на Джасинду веселыми глазами.

Она сидела на лужайке перед домом, расправив вокруг ног свое платье цвета лесной зелени, создавая маленький островок из материи.

— Но как я могу выбрать? Они все такие красивые!

Рядом лежала Сейбл, с гордостью охраняя семерых своих малышей, похожих друг на друга, черных с белой холкой. Она обнюхала ближайшего к ней щенка и взглянула на Джасинду, словно говоря:

— А как тебе этот?

Джасинда засмеялась и взяла его в руки. Щенок тут же начал извиваться, желая вернуться назад к материнскому соску, пока его братья не опустошили их кормушку.

— Ну, как тебе? Хочется жить в Америке вместе с семьей Дансингов? — Она прижала его к щеке, но он продолжал вырываться. Джасинда опустила малыша на траву, и он поспешил продолжить обед. — Это то, что надо, дедушка. С таким аппетитом он вырастет в прекрасного большого пса. Как раз для большой и новой страны.

— А… имя?

— Хм. Я подумаю об этом.

С другого конца лужайки раздался смех. Герцог Локсвоз и Джасинда повернули свои головы туда, откуда доносились веселые голоса. Элла и Денни под руку шли вдоль по дорожке.