Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Самой себе мысленно дала пощечину и поинтересовалась: «Серьезно? «Я не Фелиса! Я Ромола!»? Более идиотских слов для признания этого факта не нашлось?». После этого так же самой себе язвительно ответила, что, нет, не нашлось. Всего лишь пять минут назад я не собиралась ничего говорить Медичи и заранее не готовила высокую речь. А когда тебя собираются вот-вот изнасиловать, как-то трудно придумать нормальные слова.

— Что ты сказала? Повтори, — к моему удивлению, Медичи тут же остановился. Я так обрадовалась этому, что даже не заметила с каким холодом и плещущейся в ней тихой яростью, Винченсо просил меня повторить те слова.

— Я понимаю, что это звучит дико, но я не Фелиса. Я Ромола.

Утихомирив свою вспыльчивость и стараясь не думать о том, что Медичи только что чуть не изнасиловал меня в очередной раз, я собиралась с ним спокойно поговорить. Да и я сейчас больше ощущала облегчение от того, что мне удалось остановить Медичи.

— В тот день при пожаре сгорела Фелиса, — начала я объяснять. Медичи отпустил меня и я тут же села на кровати, прикрываясь одеялом. — Я живу под ее именем, но на это есть причины.

— Вот как? — Винченсо снял презерватив, выкинул его в мусорное ведро и спрятал все еще стоящий член в штаны.

— Да, все дело в стра… — договорить я не успела. Медичи схватил меня за предплечье и сдернул с кровати, так что я вместе с одеялом полетела вниз. Ударилась локтем и боком, но на боль внимания не обратила. Растерянная я попыталась встать на ноги, совершенно не понимая, почему Винченсо это сделал.

— В тебе столько наглости и глупости, что мне хочется свернуть тебе шею, — уже на этот раз я более чем отчетливо расслышала ярость в голосе парня. Увидела, как пылали его глаза от гнева и какого-то ненормального бешенства.

Ладонь Медичи сжалась на моей шее, сдавливая горло. Я издала хрип, но больше не смогла сделать ни вдоха. Ловила воздух губами, но не была в состоянии наполнить им легкие. Винченсо понимал, что я задыхалась, но ему явно было плевать на это.

— Когда ты первый раз притворилась ею, я посчитал тебя дурой. Даже немного жаль тебя стало, — несмотря на ярость в глазах, Медичи говорил ровно. Ложное спокойствие, от которого вело дикой опасностью. — Ты тогда еще волосы накрутила, надела ее одежду и пришла ко мне, когда я был мертвецки пьяным. Помнишь?

Я захрипела, непонимающе округливая глаза. Я не могла произнести ни слова, но Медичи, судя по всему, в моем ответе не нуждался. Гнев в его глазах полыхнул отчетливее и он сильнее сжал мое горло. Теперь не только перекрывая доступ к воздуху, но и причиняя адскую боль.

— Ты предложила себя. Сказала, что сама этого хочешь. Притворяясь ею, ты отдала себя мне. И я взял тебя, Фелиса. Забрал твою девственность.

— Отпх… — я вновь захрипела.