Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Сёрвика Милосердная, пусть я в тебя и не верю, но это что – наказание мне за то, что прикидывалась твоей послушницей? Тебе ведь девы годами молятся, чтобы найти такого заботливого мужчину… А я сама от него бегу, потому что не для Ветерка такое счастье. Подонкам вообще счастье не положено.

Я вышла из гостиной одновременно с тем, как Коста со своей лёгкой ношей ступил на лестницу. Проводила его взглядом. Коста тоже обернулся, ища сомнения на моём лице.

Не нашёл. Спи, Коста, доброй ночи. И остальной дом уже спал. Двери здесь бесшумные, никого не потревожу. Просто нужно выскользнуть наружу и быть той, кем я и должна быть – Принцессой. Сильной, незаметной и одинокой.

Дождь так злобно стучал по козырьку, что я не сразу решилась выйти из дома. Прислонилась лбом к массивной входной двери, собираясь с духом.

– Там холодно и сыро, – раздалось за спиной.

– Да, – с неохотой признала я.

– Я дал тебе целых три минуты, чтобы уйти.

– Не думала, что ты спустишься обратно. Уже ухожу, Коста.

– Теперь нет, Ветерок. Время вышло.

Коста вернул на место щеколду, что я успела неслышно поддеть. Расстегнул застёжку плаща, и тот мягко спланировал мне под ноги, сотканный наполовину из ветров. Моя коллекция за несколько лет. Каждого воздушного незнакомца, встреченного в Дансвике, вплетала в плащ ниточкой, чтобы образцы всегда были под рукой. Дядя Леванте оценил бы.

Коста запустил пальцы в новую стрижку, погладив сзади шею. Парикмахер оказался смелый: сверху и спереди сохранил длину насколько смог, подровняв неровные пряди, зато сзади не побоялся пройти бритвой по нижней границе волос. Мне понравилось это ощущение под пальцами: гладишь сверху – мягко, а против роста – колется. И я повторила этот жест, потрогав то же место у Косты – его-то стрижка всегда выглядела свежей. Непроизвольно улыбнулась, когда поняла, что тактильные ощущения совпали и оба сейчас чувствуют одно и то же.

– Нравится? – он потёрся носом о мой.

Нравится… И запах, и невесомые поцелуи в щёки. Как и его реакция на мои зеркальные действия: сама не поняла, когда уже успела пройтись по его лицу губами.

Коста зашёл мне за спину, встав между мной и дверью, и взял за руки, заведя их назад. Теперь по голой бритой шее прошлись уже губы, и я непроизвольно выгнулась им навстречу, склонив голову.

– Коста… – во мне ещё метались сомнения.

Работа, хевл её раздери. Сама же решила идти по головам, быть Принцессой, Эстель – да кем угодно, лишь бы иметь уверенность в завтрашнем дне!

– Не бойся, – низким голосом прошептал мужчина, мягко подталкивая меня к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Я не тебя…

– Ничего не бойся, Ветерок."

"В его голосе было столько уверенности. Выслежу перевозчиков завтра. В конце концов, не сами же они себя в ресторане обслуживали.