Подменная невеста, или Пышка на отборе

Трудно было не догадаться, что она теперь фаворитка отбора. Вокруг мгновенно послышались восторженные шепотки, а мадемуазель Селина так и застыла, победно оглядывая зал.

Пока церемониймейстер не поклонился ей и не сказал:

- Достаточно.

А следующим он назвал:

- Мадемуазель Адель Понс.

- Я? - Люда невольно оглянулась.

Но за ней уже не было никого, она одна осталась. Это была засада. Она улыбнулась шире и сказала себе: «Пробьемся». В крайнем случае можно попробовать устроиться на работу креативным менеджером.

Прошествовала к этой крюшоннице, подхватив сзади юбку (после чего по залу пронеслось неясное сопение), и опустила руку в эту горящую голубую субстанцию.

На ощупь действительно не обжигало. Но там что-то забурлило, и внезапно вверх взметнулись языки голубого пламени. Она глазам своим не верила.

«Аааааа, - восторженно ахнул внутренний голос. – Так у меня есть магия!»

К ней тут же кинулся церемониймейстер со своей линейкой, стал мерить, а потом выдал:

- Отлично, мадемуазель Понс! У вас второй максимальный результат.

Внутренний голос потрясенно промолчал, он просто не ожидал этого.

***"

"Зато оживился Его Высочество наследный принц Джаред и позвал Люду:

- Идите сюда, мадемуазель Понс! Присядьте рядом.

Надо было видеть выражение лица Фоля Монтраса. Это ведь он «уговорил» распорядителя отбора поменять протокол и первым устроить то испытание, что должно было проводиться в последнюю очередь. Князь Монтрас надеялся получить прекрасную деву и невообразимыми формами прямо сейчас.

Он уже представлял, как усадит ее в свою карету. А дальше он бы гнал до самого анклава без остановок, а потом запер деву в спальне. Однако князя ждал облом, прекрасная мадемуазель Понс была на данный момент одной из двух фавориток отбора. А учитывая интерес к ней наследного принца Джареда, то она уже была главной фавориткой.

По вполне понятной причине, на лице князя Монтрас сейчас отражались плохо скрытые досада и разочарование. Что, несомненно, должно было значительно порадовать шефа безопасности графа Равинье. Но увы, тот если и испытываал радость, то только потому, что такой бриллиант, как мадемуазель Понс, не достанется анклаву.

Однако все это не отменяло того, что Равинье сейчас тоже испытывал досаду и разочарование, изрядно сдобренные ревностью.

И когда рядом раздались сокрушенные вздохи двух престарелых лордов, взглянул на них грозно и произнес:

- Мессиры, вам следует радоваться, что отбор для Его Высочества наследного принца Джареда так успешно начался и перешел в следующую фазу. Или, может быть, у вас иное мнение?

Оба престарелых лордика мгновенно испарились.

А граф Равинье остался смотреть, как эта девица Понс улыбается наследному принцу, а тот ей что-то шепчет. Да, конечно! Он должен был радоваться.