Подкидыш для бывшего босса

Но Даша смотрит на меня, только чуть дергается уголок губы и, мне кажется, что ее глаза становятся чуть больше, выразительнее… Как будто она хочет заплакать, но сдерживается изо всех сил.

Ухмыляется.

— Она просто нафантазировала. Богатая фантазия. Так бывает. Арина была в курсе, что у нас с тобой роман. Если ты помнишь, она моя подруга. Еще с института. О наших отношениях с тобой она знала.

— Нафантазировала, значит? А потом ты так удачно по всем СМИ раструбила о том, что я счастливый отец?

— Если тебе нравится так думать, Черкасов — думай!

Она назвала меня по фамилии? Я не помню, чтобы она когда-то раньше называла меня Черкасов. Только Максим Леонидович, Максим, Макс… О, Ма-акс…

— Да я-то думаю! А вот ты, по ходу, не думаешь совсем! Я ведь могу тебя привлечь! За клевету! Этой мысли в твоей прекрасной голове не было?

— Привлекай. Если докажешь, что это я. Это ведь доказать надо, не так ли? Посмотрим. Сумеешь ли ты всем объяснить как я, лежа на больничной койке с травмой обзванивала всю столичную желтую прессу!

— Смелая очень, да? — мне даже нравится она в этом новом качестве! И глаза уже не от слез блестят, а от гнева!

— Да, смелая! Смелая, Максим… Леонидович! А вот вы… трус и предатель!

Все-таки вышла из себя! Все-таки взбесилась!

Не знаю, почему меня это так веселит!"

"— Я вам обещала, что я выступлю с опровержением, если тест будет отрицательный? Я готова. Собирайте… как это называется — пресс-конференция, да? Можно прямо сегодня. Или завтра. Принесу вашему высочеству свои извинения! Только наш уговор в силе. Я забираю Дарину и больше ты Черкасов никогда, слышишь, никогда не приблизишься ни ко мне, ни к ней. Понял!

— Понял. Только долг сначала верни, а потом — скатертью дорога.

Смотрит на меня, словно не понимая, кивает на ворох тысячных купюр на столе.

— Я все вернула. Сто тысяч. Как договаривались.

— Не помню, чтобы я договаривался на сто тысяч. С моей карты сняли полтора миллиона рублей. Значит, с тебя еще миллион четыреста. Могу пойти на встречу. Округлю до миллиона.

— Что? — а вот эта новость ее, похоже, подкосила. — Какие полтора миллиона? Я… я не брала, правда! Я… там было всего сто тысяч. На карте… Правда.

Лицо Даши мгновенно становится белым как мел. Она падает на стул, стоящий у моего стола, и закрывает лицо руками.

И мне почему-то кажется, что я не победил в этой битве.

Я проиграл.

Причем с крупным счетом…

ДАША.

Хотелось быть гордой. Хотелось нос ему утереть хоть раз в жизни… А в итоге нос приходится утирать мне.

Опускаю лицо в ладони.

В глазах жжёт и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не разреветься в голос!

Боже… руки трясутся от всего этого…

Новости всё продолжают выпрыгивать на меня как черти из табакерки.

— Я не брала… — продолжаю шептать как сумасшедшая в надежде, что он поверит.