Подбор персонала в мире оборотней, или HR нигде не пропадет (СИ)

Оррих — это родовое имя, что-то вроде фамилии у нас. Старейший в клане, тот, кто принимает на себя роль вожака, берет себе это имя полностью, а остальные ставят перед родовым свое личное. Например, волчица, которая привела меня сюда, назвала свое короткое имя, Инрина. А полностью она — Инрина Оррих. Несложно, сразу можно понять, к какому клану волков принадлежит та или иная особь. Я теперь, кстати, по этой логике не просто Сандрина, а Сандрина Марх. А вот если войду в клан Оррих-ана, то стану Сандрина Оррих.

Работа с бумагами мне всегда казалась интересной, я вообще свою работу люблю, во всех ее проявлениях. И с людьми люблю работать, и с документами. Да вообще, обожаю упорядочивать и находить структуру в хаосе, приводить к единому знаменателю.

Так что Инрина, если рассчитывала, что я выдохнусь или взбунтуюсь, явно просчиталась.

Через час работы начинают приходить мои, очень надеюсь, будущие коллеги.

Первой приходит молоденькая стойная Заррина. Она на мгновение застывает на пороге, чуть растерянно перебирая в пальчиках ремешок дамской сумочки, хлопает ресницами.

— Здравствуй, — киваю я приветливо, — меня зовут Сандрина, буду работать тут.

— О-о-о… — она складывает губки в колечко, удивленно тянет носиком, — человек?

— Да, — снова киваю я, настораживаясь, потому что помню реакцию Инрины на себя. Если и эта молоденькая волчица так же себя поведет, то… То что вообще за дискриминация? По видовому признаку?

Но Заррина не выказывает больше никаких неприятных реакций, приходит в себя, улыбается, представляется, и вскоре мы уже с удовольствием болтаем. Я рассказываю свою историю, Заррина удивляется, ахает и охает. И через пару минут общения я вообще забываю про то, что передо мной волчица. Заррина ведет себя совершенно обычно, как молоденькая человеческая девушка."

"Она рассказывает чуть-чуть про местный быт, про то, куда ходить обедать здесь, прочие бытовые мелочи, вплоть до того, где туалет находится. Тоже важная деталь, на самом деле, потому что не во всех местных домах предусмотрены удобства. Я вот про такое и не задумывалась никогда, а, оказывается, то, что в моем мире воспринимается данностью — тут признак роскоши. Нет, в деловом центре туалеты есть в зданиях, но, например, в рабочих кварталах ничего подобного нет. И жители многоэтажных доходных домов обходятся ночными вазами… Боже…

Я вспоминаю, что в доме Оррих-ана есть небольшой санузел на этаже, а в комнате, предоставленной мне, имеется закуток с рукомойником и той же самой пресловутой ночной вазой, и вздыхаю. Наверно, на господской половине все по-другому… А вообще, как-то, когда смотришь фильмы про девятнадцатый или восемнадцатый века, как-то не задумываешься про такие вещи… А зря…

Нашу беседу прерывает появление второй сотрудницы: Манрины.