Подарок мертвеца

Детектив был в джинсах и, как ни странно, в ковбойке, из тех, что застегиваются на жемчужные защелки вместо пуговиц. В придачу на нем были ковбойские сапоги, хотя я не представляла, как он смог заглянуть через свое брюхо, чтобы натянуть их.

— Она сказала, что собиралась обвинить меня в смерти своего отца. У нее была лопата, которой они раскопали могилу на кладбище Святой Маргариты. Сегодня Фелисия оставила эту лопату на заднем дворе, чтобы ее нашли, потому что на лезвии все еще была грязь с кладбища. Когда мы сказали ей, что ее отец здесь и без сознания, она бросилась сюда и ударила его по голове этой лопатой. Она боялась, что он не выдержит и выдаст ее. Фелисия хотела обвинить в убийстве своего отца меня, а его — в убийстве Табиты.

— Но зачем бы вам понадобилось убивать Фреда Харта?

— Уверен, она бы что-нибудь придумала, — устало сказал Толливер. — В конце концов, если человек вроде меня убивает человека вроде Фреда Харта, вряд ли это вызовет много вопросов. Она бы выбросила свою окровавленную одежду. Может, если бы она смогла догадаться, как испачкать его кровью меня так, чтобы это выглядело естественно, она бы меня пристрелила и сказала, что застала меня в доме после того, как я его убил. Кто бы из вас не поверил этому?

Полиции не понравился вопрос, но я подумала, что брат прав.

— Но Фелисия не взяла в расчет Харпер, — сказал Толливер, поцеловав меня в щеку. — Я никогда в жизни так не радовался, как при виде тебя, когда ты возникла за окном.

— Вы явились сюда без пистолета, вообще без оружия? — спросил один из копов.

— Мне не нравится оружие, — сказала я. — У нас никогда не было пистолета.

Он пожал плечами, как будто я была довольно глупа. Может, так оно и было.

Но если бы у меня имелся пистолет, я стреляла бы в Фелисию до тех пор, пока не кончились бы все патроны. А сейчас она была жива и должна была предстать перед судом за все содеянное.

Это дарило мне чувство большого удовлетворения.

— Вы выглядите так, будто вас драл кот, — хмыкнул Виктор.

Я молча уставилась на него.

— Хорошо, это не смешно, — сказал он. — Я просто очень нервничаю.

Я начала было говорить ему, что мы тоже нервничаем, но потом решила, что это его не успокоит. А Виктору очень нужно было успокоиться.

Виктору надо было немного отвлечься от семейных проблем и в то же время слегка расширить горизонты, поэтому я спросила, не хочет ли он явиться на кладбище, чтобы помочь упокоить призрак Джосаи Паундстоуна.

Сейчас я жалела об этой своей затее. Виктор был слишком возбужден, хотя, когда я попросила его об этом, он, казалось, пришел в восторг. Он крепко обнял меня, что чертовски меня удивило и заставило Манфреда приподнять брови.

Я ничего не понимала в делах упокоения духов. Поэтому позвонила Ксильде Бернардо, и внук ее привез.