Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

Присела на корточки и поманила девочку, жмущуюся к няне. – Ты учила меня играть в куклы, помнишь? Мы подарили тебе Лавру в золотистом платье.

Два грайнита недоверчиво мерцали напротив моих глаз. Они блестели от слез: шум войны прилично напугал малышку.

– Я жена Габриэла, Ализа Грейн.

– Ты отвезешь меня к Габи? – с надеждой уточнила девочка.

– Я сделаю все, чтобы мы оказались рядом с ним поскорее, – пообещала я. Подняла лицо на неллу. – У вас должна быть похожая бумага. Найдите, она пригодится. А ты, Эмильена, собери поскорее самые нужные вещички.

– Мои куклы!

– Одну… Бери одну, самую любимую, – строго прошептала я, черт знает, на что надеясь.

Разумеется, она набрала их с десяток: самое ценное. Так что обратно мы ехали не вчетвером, а в божественной компании тряпичной Лавры, двух Сато, трех Верган, не лучшей версии Триксет с кривым глазом, двух Шарий и парочки разлохмаченных младших.

Все это богатство ехало на нашей харпии, зажатое между моей мантией и пальтишком Эмильены. Нелла деловито уселась перед Ральдо, и злюка временами бросал на меня убивательные взгляды.

– Там кто-то с рогами! – пискнула девочка мне в ухо. Она сидела лицом к хвосту, спиной к гриве, и тыкалась в мой воротник подмерзшей щекой.

Даже оборачиваться не пришлось, чтобы удостовериться: нас приследуют. Харпия тревожно заржала и ломанулась вперед по скользкой дорожке.

– Быстрее… Бежим, – шептала я, путаясь носом в черных кудряшках. – Не бойся, если не свалимся с этой клячи, они нас не поймают.

Если… Держаться в седле в обнимку с шестилеткой и десятком тряпичных «ипостасей» было трудно. Почти не под силу. Но я умоляла себя не оплошать.

Эмильена даже пахла, как Габ. Маленький кусочек герцога – перепуганный и лохматый – у меня на коленях! Как можно уронить такое сокровище?

***

– Мы займем покои герцога Грейнского. Провожать не нужно, я знаю, где его комната, – сообщила я хозяйке «Благодати», вытряхивая снег из капюшона.

Эмильена топталась рядом, пересчитывала кукол и старалась не глядеть в густо накрашенное лицо незнакомой тэйры.

– Пойми, милочка, я не прочь сдать тебе комнату – хоть на час, хоть на ночную, если в кармане золотой имеется. Но не сегодня: номера заняты ранеными и оплачены короной, – лениво повторила владелица. – Попроси приюта у любого из тэров, чай, не откажут, пригреют. А детку я, так и быть, уложу в хозяйской.

– Мы займем покои Габриэла Грейнского, – повторила я твердо. – Я его жена.

– «Жена-а»… А это, стало быть, «дочь»? – снисходительно улыбнулась дама.

Я устало закатила глаза и полезла во внутренний карман. Похоже, о насыщенном графике герцогских «кругосветок» знали все. Воины, лекари, торговцы… И лучше прочих – хозяйка номеров по третьей улице.