Под защитой бандита

— Почему? Ты посмела несколько раз повысить на меня голос. Дерзить, скрывая настоящие чувства под маской язвительности. Хотя прекрасно знаешь, что я этого не выношу! — поддаётся ко мне, давя своей темной энергетикой. — Ненавижу, не приемлю, когда женщина закрывается, лицемерит, не обнажаясь. Искренность, Ася, самое главное оружие женщины. Фальшь отталкивает, — с каким-то пренебрежением заявляет он мне.

— Я не собачка, чтобы покорно ждать, исполнять команды и что-то заслуживать! — меня снова взрывает, внутри все горит. Сволочь. — Не нравится, как я себя веду? Так я зеркалю тебя. Отражаю твое отношение ко мне.

— Какая ты все же глупая. Как ребенок, — с сожалением усмехается. Тушит недокуренную сигарету в пепельнице и откидывается на диван.

Он еще и разочарован во мне!

Обидно.

Очень обидно.

Я задыхаюсь от эмоций. Запиваю обиду вином, не собираюсь больше с ним разговаривать. Я же глупая.

Баро отодвигает от себя стол. Наблюдаю, как берет с дивана большую бархатную подушку и кидает ее возле своих ног.

— Иди сюда, — указывает глазами на подушку. Распахиваю глаза, не понимая, что он от меня хочет. — На подушку, на колени, — поясняет, расставляя ноги.

— Что?! — сглатываю, не веря своим ушам. — Что я должна сделать?! — Нет, я прекрасно понимаю, но…

— Ты слышала. Это своего рода очередной урок и желание, которое ты мне должна. — Хочу наказать твой дерзкий рот! — его голос хрипит.

— Нет, — мотаю головой. Я не буду этого делать. Да я вообще никогда этого не делала. Тем более на таких условиях.

— Ася, — снова снисходительно усмехается, запрокидывая голову. — Я исполнил все твои желания. Теперь ты исполнишь мои. Всю неделю мечтал о твоих горячих губах.

— Нет! — допиваю вино, отставляя бокал.

— Ты по-любому окажешься на коленях, у моих ног. Лучше добровольно, — холодно произносит он.

— Это унизительно! Тут камеры! Тебя заводят зрители?! Снимаете порнушку? Увольте меня от главной роли!

Соскакиваю с дивана, хватаю сумку, на эмоциях смахивая со стола пустой бокал и разбивая его вдребезги. Не знаю, куда бегу, мне некуда. Без Баро мне грозит опасность. Но я не анализирую, не соображаю ничего, глаза щиплет от подступающих слез.

— Стоять! — рычит Баро. Резко вынимает пистолет из-под пиджака.

Все происходит мгновенно. Выстрел, сверху что сыплется. Всхлипываю, зажмуриваясь от страха. Позади меня шаги, дверь распахивается, кто-то забегает.

— Вон! Вон, я сказал! — ревёт, как зверь, вынуждая меня содрогаться от каждого слова. Люди уходят. Открываю глаза, смотрю наверх и понимаю, что камеры нет. Он ее застрелил. Больной! — Камеры больше нет. Иди сюда!

Не двигаюсь с места уже от страха. Проходит минута, две, три, мое сердце бьётся где-то в висках. Баро резко встает с места и идет на меня. Отступаю, но уже понимаю, что не сбегу.