Соль под кожей. Том второй (СИ)

Вадим сразу спросил, кто отец ребенка. Он буквально начал с этого разговор, о своем участии сказав лишь постольку поскольку, потому что не упомянуть об этом было бы слишком подозрительно. Но он с порога дал понять, что не сомневается в том, что у меня были другие мужики. Даже попытался замаскировать это якобы заботой о моей безопасности.

Ублюдок.

Я крепко сжимаю кулаки. Так яростно, что на ладонях остаются красные полумесяцы от впившихся в кожу ногтей.

Решил подстраховаться, чтобы я ни в коем случае не вздумала претендовать на его драгоценную сперму, а то вдруг мне хватит ума заявиться к Марине и «обрадовать» ее этой ошеломительной новостью.

Я проверяю переписку с Данте, потому что он нужен мне как воздух. Без никаких долбаных преувеличений. Именно сейчас, в эту секунду, потому что я снова чувствую себя той беспомощной жирной девочкой на пляже, но на этот раз ледяная вода бултыхается где-то у самого моего горла. Еще немного — и накроет с головой, не даст сделать последний спасительный вдох. И меня некому спасти.

Но мои сообщения продолжают висеть в пустоте, застрявшие в черной дыре между отправкой и доставкой.

Абсолютно. Никому. Не нужные.

Глава сороковая: Данте

Прошлое

— Ты решил таким образом от меня избавиться, Шутов?"

"— Я решил дать тебе отпуск, — отчеканиваю заранее безапелляционно, прекрасно зная, что если она почувствует слабину, то продавит свое в два счета.

— Отпуск? Не продлевая со мной контракт? Это называется «увольнение», если я не ошибаюсь. Ну или за время, пока я валялась на больничной койке, этому слову придумали новое определение.

— Это называется — ты будешь отдыхать. Все за счет фирмы, разумеется.

— Мне не нужна твои подачки, Шутов! — Она всегда особенно ярко вспыхивает, когда думает, что ее покупают или от нее пытаются откупиться. — Я себе на жизнь и без твоего вонючего офиса заработаю!

После аварии прошло почти четыре месяца и на голове моей маленькой обезьянки уже торчит забавный и даже милый ежик русых волос. Я даже забыл, какого они у нее цвета на самом деле, когда не выбеливает их до цвета пепельной платины, который ей, несомненно, тоже очень идет. Но сейчас передо мной как будто та самая перепуганная девушка с пляжа. Сильно похудевшая (после больницы Лори вообще выглядит как будто у нее начальная степень анорексии, что мне категорически не нравится), научившаяся крепко выражаться и давать по зубам (буквально), но все такая же глубоко испуганная Валерия Гарина.

Я так чертовски скучаю по ней.

Когда я видел ее в последний раз? В памяти остался только наш последний разговор по телефону, за пять минут до того, как Алина навсегда поставила кровавую точку в моих планах на нормальную жизнь и нормальные отношения с хорошей девочкой.