Хождение под мухой

«Покажите закон, в котором сказано, что дама моих лет не имеет права сбегать в загс с двадцатипятилетним парнем», – но врач ласково поправился:

– Ну да, мужу. Положение у него серьезное, я даже скажу, крайне серьезное, хорошо бы нам сделать операцию на следующей неделе.

– Но нужна донорская почка.

– Естественно.

– Вы найдете ее за такой короткий срок?

– Голубушка, – расцвел в улыбке Бобрин, – вы только заплатите пятнадцать тысяч, остальное – наше дело.

– Но я не хочу, чтобы Славе пришили бог знает что! – Это невозможно.

– Еще подсунете гнилушку, которая никому не подошла!

В глазах Альберта Константиновича мелькнул злой огонек, но, очевидно, мысль о пятнадцати тысячах «зеленых» лучше любой валерьянки сдерживает гнев, потому что хирург мило ответил:

– Понимаю вашу тревогу, но все будет в лучшем виде.

– Где же вы возьмете орган?

– Ну это вам знать ни к чему, имя донора мы не сообщаем.

– Да?

– Таковы правила.

– Я заплачу деньги только в одном случае, если собственными глазами увижу больницу и сумею убедиться в том, что она оборудована как следует.

– Хорошо, – ответил Альберт Константинович и взял телефон.

Спустя пять минут в руках у меня была заветная бумажка.

– Клиника за Красногорском, – напутствовал меня Бобрин, – в лесу, райское местечко. Вам нужен инфекционный корпус.

– Что?!

– Не пугайтесь, – улыбнулся врач, – нам ни к чему лишние свидетели, поэтому на дверях вы увидите всякие странные таблички, шагайте смело, это камуфляж. Обратитесь к Рыбаковой Алле Станиславовне, она вас ждет. Посмотрите все, потом привезете мне денежки – и с богом.

Я села в «Жигули» и покатила в больницу. Милый, улыбчивый Альберт Константинович не обманул. Место, где предлагали соперировать Славу, выглядело словно элитный дом отдыха. Несколько двухэтажных корпусов, стоящих на значительном удалении друг от друга. Наверное, летом тут и впрямь райское местечко, когда вот эти большие деревья покрываются зеленью, воздух наполняет свежесть.

Территория была окружена забором, и охранник не впустил мою машину. Я бросила «Жигули» возле автобусной остановки и принялась изучать указатели «Хирургия», «Гинекология», «Терапия», а вот то, что нужно.

Дорога вилась между сугробами. Тут и там виднелись чистенькие лавочки, то ли здесь отлично работал дворник, то ли больные вытирали места для сидения сами. Внезапно дорога закончилась, впереди вилась узкая тропка. Я шла и шла, минут через десять в голову закралась мысль: может, перепутала дорожки? Но именно в эту минуту деревья внезапно расступились, и прямо передо мной возникло плоское, одноэтажное здание, украшенное табличкой: «Инфекционное отделение, вход строго по пропускам». Железная дверь оказалась запертой, я позвонила.