Вкус ледяного поцелуя

А намек на твою причастность к убийству Дидонова – это вроде алиби. То есть ежели подставляют тебя, значит, Дед к этому делу отношения не имеет.

– Уж очень хитро.

– Ну, на это они мастера. Фантазирую дальше. Дидонов в Москве бывал частым гостем. Кто-то из тамошних друзей Деда заметил его тягу к мальчикам. Дальше дело техники. Его рекомендуют в местный клуб любителей гомиков.

– С намерением подставить?

– Конечно. И тем самым лишить Игнатова поддержки. – Лялин мило улыбнулся, а я скривилась. – Очередное судебное разбирательство по поводу землицы в этом месяце, следовательно, тут каждое лыко в строку.

– Хорошо. Хотели подставить, но убивать-то зачем?

– Скорее всего, решили, что так проще. Плюс обстоятельства гибели… Игнатов лишился соратника, да еще в дерьме по самое не могу.

– А зачем надо было убивать Борьку? – вздохнула я. Чужие фантазии не очень-то мне нравились, слишком они были похожи на правду.

– Надо лучше знать людей, с которыми пьешь, – хмыкнул Лялин. – Кто его жена, знаешь?

– Преподает в институте, в каком, не помню.

– В педагогическом. А вот ее дядя – Лобко Геннадий Ильич.

– Черт, – выругалась я.

– Именно. Председатель суда, где слушается дело об интересующей нас землице. Выстраивается цепочка: Дидонов обращается к сестре твоего Борьки, которая у него в редакторах, она к братцу, а он к дяде жены. В результате они выигрывают дело.

– Ну у тебя и фантазия.

– Ага. Я даже знаю, в какую сумму это вылилось Игнатову.

– Откуда?"

"– Ну… – Лялин самодовольно усмехнулся. – Ты имеешь дело с профессионалом. От дурных привычек трудно избавиться. Год назад по долгу службы я был просто обязан знать, что делается в нашем городе. Сейчас это что-то вроде хобби. Вряд ли твой Борька намеревался подставить тебя, скорее всего, сестрица просто была в курсе, как вы проводите свободное время. Говорят, с головой у нее большие проблемы и мания величия в придачу. Вот она и решила поведать народу о том, что местная власть у нас сплошь алкаши и дебоширы. А когда твой друг увидел статейку, то сообразил, что ты можешь отнести ее на его счет, и испугался, потому что крови ты ему могла попортить ого-го сколько. Он позвонил Дидонову и, думаю, нелицеприятно высказался. Далее еще проще: допустить душевной беседы между вами не могли. Твою хватку в городе знают, если ты к кому-то прицепишься, можно гроб заказывать.

– Это шутка? – не поверила я.

– Нет, это мнение, которое бытует в народе. Надо иногда интересоваться собственной репутацией. Так как в деле завязаны очень многие люди, а Борька фигура незначительная, им охотно пожертвовали.

– Чёрт-те что, – вздохнула я и принялась грызть ногти.

– Прекрати, – сказал Лялин, понаблюдав за мной некоторое время.

– Я демонстрирую ужас и потрясение.

– Но как-то по-дурацки.