Опасная красота. Поцелуи Иуды

"

"Кто носит хлопчатобумажное белье марки «Любава», наверное, поймет, почему я, опустившись на пузатый бархатный пуфик, глаз не могла оторвать от этого великолепия.

— Все вещи подстраиваются под твой размер, а после использования проходят специальную магическую чистку, — наслаждаясь произведенным эффектом, сказала рыжая. — Кроме белья — оно тут каждый раз новое, прямо из салона. Если что-то выбираешь, то забираешь это себе насовсем! Вот тут отдельный отсек для тематической одежды, ну то есть костюмов. Некоторых возбуждает секс с учительницей или медсестрой, ты понимаешь. Особым успехом почему-то пользуется наряд горничной. Хотя, вон к Пэм шастает парень, так он требует, чтобы она надевала такие огромные ретро-трусы, халат в ромашках с рынка, крутила бигуди и называла его сыночком. Такой фрукт!

И рыжая разразилась заливистым звонким смехом, поведав на тему переодеваний еще парочку историй.

Один клиент, из военных, требовал, чтобы девушка надевала форму генерала вражеского государства, а другой, и вовсе, сам любил переодеваться в женщину, заставляя девочку надевать мужской костюм.

Явно испытывая удовольствие от моего смущения, Кароль безапелляционно велела мне раздеваться догола, этим окончательно вогнав в краску. С задумчивым видом она прошлась по рядам одежды, выдернув комплект белья, чулки, пояс для чулок, длинную черную юбку, корсет и туфли на каблуках. Кинула все это на пуфик и велела: «Переодевайся!»

— А тот… клиент, которому меня обещали, сегодня ведь тоже будет, да? — замирая, спросила я, натягивая на себя шелк и кружево, и стараясь при этом не смотреть в зеркала на свое полуобнаженное отражение.

— Нет, — послышался голос самой Эдны Диофант. — Он находится в отъезде, но он уже проинформирован, какой приятный подарок его ждет по прибытии в страну.

Мистрис, оказывается, уже какое-то время стояла на пороге гардеробной, сложив руки на груди, и с интересом наблюдала за моим преображением. Рыжая Кароль между тем накладывала мне на лицо косметику — судя по тому, с какой скоростью мелькали ее руки, это была сама «Костелани».

Под этим брендом вампирский клан Костелани выпускал магическую косметику — единственную в мире, и потому стоящую баснословно дорого, разумеется.

Однажды Фелиция отдала мне костеланскую помаду, потому что ей не понравился тон. В итоге я три дня проходила с морковного цвета губищами, потому что помада оказалась суперстойкой — ни мыло, ни вода ее не брали, а специального костеланского лосьона для снятия макияжа у меня не было. Когда Фели, которая на эти три дня брала отгул, наконец-то явилась с лосьоном в сумочке, я чуть ли не в пояс ей кланялась за избавление от этих ужасающих губ-морковок.