Любовь без поцелуев (СИ)

Что я могу? Кто послушает меня? Меня, Стаса, даже Вовчика, хоть ему и есть восемнадцать. Только такие же, как мы.

«У людей в голове какой-то барьер, – жаловался мне как-то Спирит, – неважно, насколько ты умный, как только ты говоришь, что учишься в школе, с тобой тут же начинают сюсюкать, как с младенцем, и чуть ли не умственно отсталым считают. Как будто восемнадцать лет – это видимый прогресс, как будто восемнадцатилетие – это окукливание и выход имаго.» Тогда Спирит, помню, жаловался на девушку, которая отшила его, узнав, что он школьник. Хотя перед этим была от него в восторге: и от квартиры, и от машины, и даже от его БДСМ-замашек. Спирит умный, он бы точно что-нибудь придумал. Может, попросить его о помощи? Беру смарт в руки. Что бы ему такое написать, чтоб он сразу понял? И как же неудобно так переписываться! Придумал бы кто такой вид почты, чтоб точно знать, чем сейчас человек занят – проверяет входящие или просто музыку слушает, или, вообще, компьютер у него отключён.

И вдруг мой взгляд наткнулся на диктофон. «Диктофонная запись не может быть рассмотрена в суде в качестве доказательства, но может служить для возбуждения уголовного дела…» Кажется, так? И только такие же несовершеннолетние будут слушать несовершеннолетнего. Люк, мой приятель по паркуру, в миру Андрей Одинцев. Семнадцать лет, первый курс филфака. Мечтает сделать карьеру журналиста. Где у меня его мобильный? Вот, ага. «Спирит, позвони Люку, скажи, что, если позвонит Геннадий Валерьевич…»

– Банни, а как фамилия нашего директора?

– Тарасов. А что? Что-то придумал?

– Да вроде…

«…Тарасов, пускай расскажет, в какой газете он работает и подтвердит, что знает меня. Подробности потом.»

Что же дальше? С чего начать? Что же такого придумать?

В детских детективах отважные сыщики (или сыщицы) пробирались к главному злодею и тот либо разговаривал со своим помощником, вываливая всю информацию, либо сам начинал откровенничать с сыщиком… Или это уже из американских боевиков?

Но тут не тоненькая книжка о Ненси Дрю или Великолепной шестёрке, или, прости Господи, компании с Большой Спасской. Эти милые дети никогда не сталкивались с такой откровенной пакостью, как…

Идея!

– Банни, – тихо позвал я девушку, – ты спишь?

– Нет. Что такое?

– Слушай, а ты не знаешь, где сейчас Леночка?

знаю-знаю, законы жанра требуют крутых разборок, вмешательства влиятельных знакомых из силовых структур и вертолётов со спецназом, но Макс – не юный мафиози(обилием коих грешат некоторые фф), а всё таки обычный школьник, просто весьма самонадеянный и привыкший добиваться своего. К тому же от отцовского бизнеса он демонстративно держится подальше, поэтому никаких таких знакомств у него нет, разве что по мелочи. И да, весенняя графомания в самом разгаре

====== 18.