Побег из страны грез

У меня немного времени, потому что меня вызвали по делу Алисы. Наконец-то принялись и за меня. Удивительно, что не пригласили для разговора раньше.

– Когда тебе нужно уезжать?

– Через час. На чай время есть.

Он собрал на поднос грязные чашки и ложки и вышел на кухню, а Инга осталась сидеть в кресле, задумчиво глядя на погашенный, покрытый толстым слоем серого пепла очаг. Мысли спутались, как нити. Все смешалось в жизни, и, несмотря на уют, который создавал вид очага, тепло в доме, убаюкивающий стук капель вновь начавшегося дождя, кофейный дух, наполнявший помещение, она чувствовала себя потерянной. Ей подумалось, что она сбежала от семьи не потому, что хотела отвести угрозу, а потому что подсознательно оказалась не готова к браку с Алексеем. Ни к переезду, ни к житью в его доме, ни вообще к глобальным переменам в жизни. С тех пор как она переехала в столицу, жила отдельно. Вначале в маленькой однокомнатной квартире, потом – в большой, где и жила до последнего момента. Она привыкла чувствовать себя полной хозяйкой. И в чужом доме обязательно продолжала бы ощущать себя гостьей. Не привыкла и к тому, чтобы кто-то долго жил у нее. Когда у них были отношения с Лёкой, подруга частенько оставалась у нее то на ночь, то на две, но постоянно у нее не жила.

– О чем задумалась? – весело окликнул ее Виктор, ставя на столик поднос с чашками.

– Так… – покачала она головой и улыбнулась. – Всякие мысли в голову лезут. Чувствую себя, будто оказалась на середине озера и не знаю, к какому берегу направиться.

– Погоди, не хандри. Выпей чаю. Я съезжу на встречу и, может быть, что-то узнаю полезное.

Инга пожала плечами, будто ей было все равно.

– Сейчас кажется, что ушла зря. Я могу спокойно побыть и у себя дома. Люба сгустила краски, говоря об опасности, грозящей моим близким. Если мое наказание – через несчастья с любимыми людьми, то это произойдет независимо от того, близко или далеко от них я нахожусь. Тогда какой смысл в этом… побеге?

– Хочешь вернуться?

– Не знаю, Витя, – покачала она головой. – Вроде бы сейчас и не вижу причины, по которой должна скрываться, наоборот, если бы находилась в Москве, у меня было бы больше возможностей для действий. Но, с другой стороны, что-то словно не пускает меня, держит вдали.

– Значит, так надо, – сказал Виктор веско. Между бровей собралась морщинка, которая ему удивительно шла. Инга ничего не ответила.

Какое-то время они пили чай молча, потом он вдруг попросил:

– Ты бы не могла рассказать мне для книги немного о твоей работе?

– Что ты хочешь узнать? – улыбнулась она, радуясь, что щекотливая тема закрыта. – Есть конкретные вопросы?

– Пока нет, – признался Лучкин. – Пожалуй, я привезу тебе рукопись – то, что готово, ты прочитаешь и сделаешь свои замечания.