Империя «попаданца». «Победой прославлено имя твое!»

Однако! Я его туда отправил, а он там глаз намного раньше потерял. От судьбы не уйдешь! Кха! Как говорят – кому суждено быть повешенным, тот не утонет! Твою мать?!!

Легкий ветерок подхватил бумажные листы и перевернул страницы немного вперед. Та же дата, вот только фамилия другая, до боли знакомая.

– Смертельно ранен при взятии Очакова ядром в правый бок… Скончался на руках генералов… Его последними словами были: «Достойная смерть для солдата!»

Что?!! Петр непроизвольно взвыл. Яркий день мгновенно потух, на город опустилась темнота. И холод, страшный холод, пронизывающий насквозь, обрушился ледяным тяжелым покрывалом…

Петр закричал что было сил и проснулся. Знакомый шатер, расшитый полог, стенки просвечиваются румянцем восходящего солнца. И нет тлетворного запаха распоротых внутренностей, выжженной земли, тысяч убиенных. Он в Гречиничах, сюда его перевезли, как он и приказал после первого в супружеской жизни неудачного, а может, и счастливого, адюльтера.

– Ф-у-х! – с облегчением вздохнул Петр, и тут его пробил озноб. Он вспомнил сон. – Денисов!!!

– Я здесь, государь! – в шатер ворвался казак. – Я слышал, как ты проснулся, и побежал!

– Скачи в Очаков! Быстро, как только можно! Загони лошадей, бери моих рысаков. С заводными скачи! По пути забирай! Твори что хочешь!!!

– Зачем, государь?! – казак от удивления сделал шаг вперед.

– Сграбастай Миниха! Отволоки его от стен подальше. Старик не должен погибнуть при штурме! Спаси его – и требуй от меня что хочешь!

– Ты видел сон, государь?! – лицо Денисова перекосила страшная гримаса, и он заорал во весь голос, обращаясь к казакам, стоящим снаружи. – Взять лучших коней! Не мешкая!!! Первый десяток в седла!

Денисов повернулся к выходу, но остановился и громко попросил:

– Государь, пиши приказ фельдмаршалу, а то он не послушает!

– Сейчас! – только и ответил Петр и мигом уселся за стол, схватил перо и вкось стал писать по первому листу.

А Денисов облегченно вздохнул:

– Как хорошо, что мы вас сюда отвезли! Словно чувствовал – зато теперь на семь верст скакать будет меньше…

– Огня не открывать всем кораблям, пока не подойдем к туркам на пистолетный выстрел!

Капитан-командор Кингсберген рявкнул настолько громким голосом, что стоявший рядом с ним лейтенант Ушаков невольно повернулся, обратив на командира взор с немым вопросом.

– У нас «морские» единороги, нужно бить в упор. Тогда тяжелые ядра разобьют борта этим шебекам, – уже тихо пояснил швед и ухмыльнулся. – Османов ждет неприятный сюрприз!

Молодой офицер чуть улыбнулся, это ведь был первый поход и сразу же бой.