Империя «попаданца». «Победой прославлено имя твое!»

Он обласкал Спиридова и наградил его орденом Александра Невского, затем двух его помощников, хмурого пожилого моряка и сурового голштинца с вырубленным лицом, облагодетельствовал малыми Анненскими крестами.

Потом наградил четверых матросов и двух солдат знаками отличия и приказал выдать всем двойное жалованье, а также отчеканить медали и наградить ими каждого участника обороны. И под ликующие крики собравшихся, улыбнувшись им механически, он вскочил в седло и поскакал обратно в Петергоф – по его лицу текли слезы…

К полудню конные полки Румянцева и роты новообразованного лейб-гвардии Петербургского полка на повозках и реквизированных телегах вступили по Нарвскому тракту в столицу.

Драгуны и солдаты были веселы, хотя и проделали длительный и утомительный марш. А чего горевать служивым, на что жаловаться? Сыты, довольны, деньгами изрядными облагодетельствованы да царской лаской не обижены. К тому же победители, а героев любят и уважают. Потому солдаты шли споро и дружно, с песнями удалыми…

И толпился народ на петербургских улицах, с которых уже стерли все следы вчерашних событий, и только посты вооруженных до зубов матросов еще напоминали о десанте из Кронштадта, беспощадном расстреле картечью и жестоком кровопролитии.

Но собравшиеся на улицах обыватели уже забыли о случившихся горестях и самыми ликующими воплями встретили авангард войск императора Петра Федоровича.

– А драгуны-то не гарнизонные. Из армии генерала Румянцева пришли, и этих подлых гвардейцев в один миг разметали по сторонам – неча им супротив государя бунтовать. Вот и поучили саблями вострыми…

– Наконец-то наш государь Петр Федорович показал им кузькину мать, а, Кузьма? Поделом ворам и изменникам! Говорят, под Петергофом всю гвардию положили.

– А еще, любезный, войска нашего императора, дай бог ему всяческого здоровья, уже сегодня в город вошли. Собственными глазами солдат гарнизонных видел, что новым лейб-гвардии Петербургским полком стали. Говорят, что оные солдаты Измайловский полк начисто истребили, а Кирюху Разумовского на штыки подняли. На то вору и наказание…

– Матрена, гляди сюда. Вон казаки едуть, и не балують, не беруть ничаго, и под подолы не лазят. Значится, правду люди говорят, что строг государь. Не, не балують… А зря… Я согласная…

– Выходит, паря, брехали то вчера, когда про пруссаков на улице трепались. Их и в помине не было. А войско царское крепкое, не чета гвардейцам. Солдаты старые, опытные, порядок на улицах держат крепкий. Ну, дай Боже государю нашему…

Секретарь датского посольства Шумахер записал в свой дневник: «Новая гвардия днем вступила в столицу под приветственные крики населения.