Победитель остается один

Те, кто дошел до цели, но продолжает вести нормальную жизнь, сознавая, что время, когда они могли влиять на что-то, истекло безвозвратно, хотя денег у них хватит еще на несколько поколений, – с опозданием понимают, что власть лучше богатства. Те, кто еще в пути и со всей своей пока нерастраченной энергией и воодушевлением стараются веселиться и радоваться жизни, считая, что им в самом деле удалось произвести на окружающих нужное впечатление, – буквально за несколько недель убеждаются, что, сколько ни раздавай визиток, никому они не нужны. И наконец, те, кто балансирует на вершине и кто знает: ветры там дуют такие, что ничего не стоит потерять равновесие и сорваться в бездну.

…Приглашенные продолжают подходить к нему с разговорами: про убийство никто не упоминает: то ли по неосведомленности людей, живущих в мире, где подобного не случается, то ли по деликатности – последнее, впрочем, сомнительно. Хамид оглядывается по сторонам и видит именно то, чего терпеть не может в мире моды – женщин далеко не первой молодости, одетых как двадцатилетние. Как они не понимают, что пришло время поменять стиль? Он ведет беседу с одним, улыбается другому, благодарит за похвалы своей коллекции, знакомит Еву с теми, кого она еще не знает (таких наперечет). Но при этом одна мысль сидит у него в голове – в ближайшие пять минут отыскать Жасмин и сфотографироваться с нею.

Промышленник и его жена в немыслимых подробностях вспоминают, когда же они виделись в последний раз – Хамид эту чету вообще не помнит, но согласно кивает. Говорят о путешествиях, о встречах, о проектах, которые намерены развивать и продвигать. И никто не спросит о чем-то по-настоящему интересном вроде: «Ты – счастлив?» или: «На что же все-таки похоже чувство победы, если она достигнута с таким трудом?». Если ты относишься к Суперклассу, то, ясное дело, обязан вести себя как человек состоявшийся и счастливый, даже если задаешь самому себе вопрос: «Теперь, когда я обрел все, чего желал и о чем мечтал, что мне делать с моим будущим?»

Тощее существо в индийском сари поверх облегающих штанов – будто оживший персонаж комикса – приближается к нему:

– Простите, мсье Хамид, мне очень жаль, но…

– В данное время я работаю на вас.

– Я занят. И знаю все, что должен был знать, по поводу прискорбного инцидента сегодня ночью… Так что не затрудняйтесь.

Но странный субъект не уходит. Хамида раздражает его присутствие, тем более что рядом стоящие наверняка слышали эту ужасную фразу: «…Я на вас работаю». Что́ они могут подумать?

– Мсье Хамид, я должен познакомить вас с актрисой для вашего фильма… Но мне позвонили, и пришлось отойти от нее на минуту…

– Попозже. Сейчас я жду Жасмин Тайгер.

Тот наконец удаляется.