Победить Викторию

Встает из-за стола, даже не пытаясь со мной спорить, быстро проходит в коридор и так же молча надевает куртку.

— Я не сплю с кем попало, раз тебя так это беспокоит, — неожиданно спокойно произносит бугай. Он не оправдывается, просто говорит. — Уже нет. Вчера был сложный день, ты многого не знаешь… это тебя вообще не касается. Вот и расслабился. Девчонки туда без меня приехали. И без меня уехали. Еще есть вопросы?

— Мне все равно.

— Я понял. А мне нет. И звонил пьяным я тебе.

Пока осмысливаю, что он сказал, Морозов уже уходит — не попрощавшись, кстати. После его слов остается в душе какая-то недосказанность. Может, опять врал? Он это умеет.

Слоняюсь по квартире минут пять, ничего не могу делать, сосредоточиться сложно, когда слова бугая из головы не выходят. Неужели ошиблась?"

"Я не знаю, специально так получилось или Морозов не рассчитывал на это, но его елка — это теперь центр внимания в комнате. Высокая, пушистая, шикарная. И такая настоящая. Сложно забыть, кто ее подарил. Но Морозов прав, ее надо украсить. А папа деньги оставил. В детстве мы часто наряжали елку вместе.

На улице приличный мороз, до ближайшего крупного супермаркета, где можно купить игрушки, ехать остановки три, кажется. Пешком по такой погоде слишком холодно.

Судя по толпе, автобуса давно нет, только что мимо проехали две маршрутки друг за другом, даже не остановились.

Я не успеваю дойти до остановки, рядом тормозит знакомый черный танк, а сердце сейчас из груди выпрыгнет от радости. Не уехал, значит. Ждал?

— Садись давай. — Из окна высовывается макушка бугая. — Тут нельзя останавливаться.

Он не спрашивает, куда мне надо. А я почему-то молчу. Тоже не спрашиваю, как он здесь оказался, если должен был давно уехать. Так и едем. Молча.

Морозов поворачивает к торговому центру, он чуть дальше супермаркета, но здесь явно и выбор больше. Лишь припарковавшись, спрашивает:

— Я все правильно понял?

— Ага.

— Ну пошли тогда.

Надо еще папе подарок купить, потом дяде Володе, всем его домашним. Кошусь на бугая. Ему тоже? Ведь первого января заявится. Максимум — второго.

— Короче, смотри, если за игрушками на елку, то давай налево. Или тебе еще чего надо купить?

— Пока игрушки. А дальше… подарки, наверное. Понятия не имею, что покупать.

— Пошли!

Мы идем налево, то есть за игрушками. Странновато, конечно, делать это с Морозовым, которого утром не хотелось даже видеть. Но, с другой стороны, пакеты тащить будет он.

— Ну что, давай выбирать! Мне нравится вот та.

Похоже, бугай не собирается просто стоять рядом. И точно, берет коробку со здоровой красной звездой-наконечником. Берем!

Чувствую, я никогда не забуду ни эту елку, ни этот поход за игрушками, который только начинается!

Глава 29

Все самое яркое, вычурное и неприлично дорогое.