Северная корона. По звездам

"

"– Не болтайся по улицам, иди уже спать, – сказала Ника, – тебе перед выступлением надо будет выспаться. И помни – мы за тебя болеем!

Сестры распрощались и Марта, убрав мобильник в карман джинсов, вытянула ноги. Ей было очень хорошо на этой лавочке, несмотря на то что ноги и руки у нее начали слегка подмерзать, но начавшее покрываться темно-синей глазурью небо заставляло ее душу глоток за глотком отпивать из хрустальной чаши умиротворения. Людей в скверике находилось достаточно много, да и освещение было прекрасным, поэтому Марта нисколько не боялась. К тому же отсюда виднелась верхушка гостиницы, в которой она остановилась. А значит, перспектива потеряться ей не грозила.

Умиротворение окутывало Марту до тех пор, пока на соседнюю лавочку не приземлились две девушки: миловидная и даже какая-то нежная брюнетка и красивая, но очень шумная блондинка. Она с размаха плюхнулась на лавку вместе с многочисленными фирменными пакетами из самых разных бутиков и, как и Марта, вытянула вперед ноги, обутые в модные кожаные ботинки на огромных каблуках.

– О, мои ножки, – простонала она. – Как же они устали!

– Если бы ты обула что-нибудь на менее высоком каблуке, они бы так не устали, – наставительно произнесла брюнетка, которая предпочла невысокую танкетку.

– Ой, Катька, молчи, тебя послушать, так вообще обуваться нужно будет в лапти, а одеваться – в бесформенные сатиновые сарафаны до пола, – отмахнулась ее подруга. – А кстати, я ж должна кое-кому позвонить. – И беловолосая, похожая на ангела девушка с громким, довольно-таки ехидным голосом немедленно вынула из кармана коротенькой курточки навороченный мобильный телефон. Марта с интересом наблюдала за подругами. – Здорово, неслух, – радостно промурлыкала, явно над кем-то издеваясь. – Что делаешь? Спишь? А с кем? Сам с собой? Ах ты же, мой извращенец. Да ладно, ладно, почему ты сразу начинаешь орать? Ты что, младенец, мальчик мой? Его разбудишь, он начинает вопить, так и ты тоже. – Блондинка, что-то долго выслушивала, корча смешные рожицы, а после сказала лишь одно слово: «Мудак», и сбросила вызов.

– Поговорили? – спросила ее подруга Катя с улыбочкой.

– Поговорили. Я поговорила, он попсиховал, – с пренебрежением в голосе сказала ее светловолосая приятельница, сидящая в куче пакетов с покупками. – Ему бы в неврологию обратиться.

– Любишь ты его, я смотрю.

– Безумно люблю, – фыркнула девушка, выключая телефон – видимо, ее персональный псих принялся ей названивать для выяснения дальнейших отношений. – Рыло несчастное. А, нет, оно нечестивое.