Двойной удар по невинности

А сейчас… сейчас в нескольких шагах от меня замер мужчина, с такой тьмой на дне голубых глаз, что становилось по-настоящему страшно. Страшно и сладко…

Застывшее, слово окаменевшее лицо, крылья изящного носа чуть подрагивают, а зрачок почти полностью утопил радужку в антрацитовой мгле."

"Быть может, раньше я бы этого и не заметила, но очков на мужчине не было, и теперь ничто не мешало смотреть ему прямо в глаза.

Клаус аккуратно поставил заварочный чайник на стол, оттолкнулся от края и двинулся ко мне.

– Эм-м-м… – бессмысленно протянула я, подавляя в себе трусливое желание развернуться, сделать ноги и забаррикадироваться! Ибо с таким животным желанием во взгляде меня могут уже не спрашивая трахнуть на кухонном столе. А самое плохое во всей этой ситуации то, что я, быть может, даже не стану сопротивляться.

Мой взгляд помимо воли скользнул вниз по сильному телу немца и наткнулся на внушительную выпуклость в паху. Здоровенный ариец с убийственным оружием в штанах остановился рядом со мной и протянул:

– Было бы просто замечательно, если бы ты посмотрела мне в глаза…

Кстати, реально, было бы просто потрясающе перестать неприлично на него пялиться…

– Посуду помыть надо, – выдала я, наконец-то подняв глаза. – К-к-кнопочку нажать.

– Обязательно, – с совершенно серьезным выражением породистого лица согласился Клаус и положил ладони мне на талию, привлекая к себе ближе. Я смотрела на него, как кролик на удава, и не могла в себе найти моральных сил даже на то, чтобы высвободиться из сильных рук, не говоря уже о каких-то более серьезных попытках побега.

– Куда же нам без чистой посуды, – продолжал разглагольствовать на отвлеченную тему немец… не торопясь скользя одной ладонью все ниже и ниже по талии, пока наконец не коснулся края джинсов. Не отрывая от меня совершенно черного взгляда, он медленно, с нажимом провел по молнии на ягодицах и, положив руку на правое полупопие сильно, почти до боли сжал.

– Ох…

С губ поневоле сорвался рваный выдох, а мужчина только понимающе усмехнулся и, наклонившись к ушку, выдохнул:

– Иногда мне кажется, что ты делаешь это специально. Доводишь до того, чтобы я просто потерял контроль и трахнул тебя, не обращая внимания на протесты. И, поверь, Лена, я и правда на грани… Все, чего мне сейчас хочется – расстегнуть молнию, нагнуть тебя и сразу войти без прелюдий и ласк. – Он вновь провел по молнии, но уже вверх, и чуть дернул за “собачку”, показывая, что все в его власти. – Особенно сладко от того, что прямо сейчас я могу сделать все то, что рассказал…

Клаус прикрыл глаза, потянул ходунок вниз, расстегивая на несколько сантиметров… Я замерла, стоя с широко открытыми глазами и не в силах отделаться от нереальности происходящего.