Двойной удар по невинности

В этот момент в дверь позвонили.

Почему-то мне не пришло в голову, что у Клауса должны быть ключи от собственной квартиры. Счастливо улыбаясь, я нажала на кнопку домофона и впустила пришедшего раньше, чем подумала спросить, кого там принесло. А принесло высокую светловолосую женщину лет так пятидесяти с хвостиком. Одетая в элегантный брючный костюм, она поправила идеальную прическу и, на миг замерев у порога, окинула меня быстрым оценивающим взглядом, после чего вдруг улыбнулась, смело шагая навстречу.

– Ох, вы, должно быть, Елена? Наша потерянная принцесса!

Я слабо представляла, кто эта дама, но в чертах ее лица угадывалось нечто знакомое. Вот она заметила, в каком я виде, и уголок ее рта чуть дернулся. Совсем как у Клауса во время раздражения. Затем она приветствовала меня, и ее губы растянулись в фальшивой улыбке. Такой же, как была у Клауса в нашу первую встречу.

– Меня зовут Генриетта Сайн-Витгенштайн. Я совершенно забыла о манерах, вы должны меня простить… как будущую родственницу!

Она словно невзначай остановила взгляд на подоле рубашки, служившей мне единственным прикрытием, после чего обошла меня и, глянув в сторону гостиной, уточнила:

– А где же мой сын?

– Он уехал по делам, – соврала я, совершенно не зная, что ответить. Не говорить же, что Клаус пропал после нашего первого секса и теперь, возможно, скитается где-то по Кельну с огромной моральной травмой в душе. Надо было все-таки сказать ему о моей маленькой тайне…

– Как это похоже на моего мальчика. – Передернула плечами фрау Генриетта Сайн-Витгенштайн. – Вечно в работе, в заботах. Никогда нет времени на насущные радости! Я уже начала волноваться, что он так и не встретит девушку, желающую терпеть подобную манеру поведения. Присядем?

Я снова встрепенулась и прошла в гостиную, осторожно усевшись на диван и костеря себя последними словами. Надо же было додуматься открыть дверь, не спросив, кто там? И ведь с ее сыном я поступила так же, а теперь вот, расплата на лицо! Сидит, улыбается, смотрит на меня, как на найденный клад.

– Вы очень похожи на фрау Лихтенштайн в молодости, – подтвердила мои мысли мать Клауса. Весь ее вид просто утверждал, что она уже представляет, как бабуля отписывает ее семье мое наследство и мы с ее сыном тут же спешим в загс, чтобы подтвердить желание рожать породистых обеспеченных немцев!"

"Я скупо улыбнулась, не представляя, что ответить на подобное замечание.

– Только цвет волос несколько портит впечатление, и хобби. Танцы, безусловно, придется бросить, – добавила фрау Сайн-Витгенштайн, что б ее, с такой-то фамилией, тут же смягчая грубое вмешательство в мое личное пространство улыбкой. Это как в переписке с помощью смс – сказал гадость, а в конце влепил три смайла, и все, вроде как не хамил.