По темной стороне

 – Зачем благословлять-то сразу?

– Чтобы выжечь из тебя эту дрянь. – Ничуть не впечатленный моим возмущением, он протянул мне салфетку. Белую, что удивительно. Я так привыкла к черному, что несколько секунд просто разглядывала совершенно белоснежную ткань.

– А с ней жить я что, не смогу? Приспособилась бы как-нибудь.

– Твое тело может не выдержать, и Таргот знает, что случится, если сила выйдет из-под контроля…

– Так вы не обо мне беспокоитесь, да? Вы боитесь, что я вам катастрофу тут устрою и ваш увечный Излом окончательно крякнется. – Самое забавное, что мне даже обидно не было. Чего еще я могла ожидать от незнакомого мужика самой что ни на есть подозрительной наружности? – А что за Таргот такой? И почему он все знает? Раяр вот его тоже упоминал несколько раз.

Он собирался объяснить, я прямо чувствовала это, но, внимательнее ко мне присмотревшись, почему-то передумал.

– У Раяра спроси, пусть он тебя и просвещает. А я не нанимался детей плохому учить.

– Я вообще-то не ребенок.

Шэйн закатил глаза, но, вместо того, чтобы сказать какую-нибудь гадость, вернулся к важному:

– Допивай чай, мы отправляемся в Светлую империю.

– Н-н-не самая лучшая идея, – была вынуждена признаться я.

– Видите ли, в чем дело… Раяр тоже считал, что нам нужно к светлым, и даже до храма меня дотащил. Там и приготовления к благословению начали, и…

Я замялась, не зная, как ему объяснить, что я из храма сюда сбежала и, если он меня опять туда потащит, есть все шансы, что сбегу еще раз в какое-нибудь совсем неизвестное место.

– И? – поторопил он меня.

– И, собственно, именно поэтому я тут оказалась. Благословляться не хотела очень… вот.

Признание мое произвело фурор. Шэйн медленно поднял опрокинутый стул, так же медленно, с совершенно ошалевшим видом сел на него и только после этого выдохнул:

– Ты не могла переместиться самостоятельно. Сила не должна тебя слушать.

Смущенная его видом, я развела руками, чувствуя за собой какую-то вину:

– Ну вот она я, здесь. Сама пришла.

– Слушайте, я же не просто человек, – возмутилась я, на короткое мгновение засомневавшись. А можно ли ему рассказать? Ну, а с другой стороны, охотник сказал, что я теперь для сектантов непригодна, и мне очень хотелось ему верить. – Я бракованный сосуд Рассах, вот.

– И что это значит? – нахмурился Шэйн.

– Понятия не имею, мне так охотник сказал. Я теперь бракованный сосуд Рассах, и сектантам… адептам больше не подхожу.

Недолго попрессовав меня тяжелым взглядом, но так ничего и не добившись, Шэйн несколько угрожающе процедил:

Лично мне совсем ничего не было ясно, но я скромненько молчала, а Шэйн времени зря не терял. Нашептав что-то себе в кулак, он запустил в воздух вестника.