Любовь по рецепту

– Почему вы считаете, что на митинг снова подтянутся отступники? – на бегу спросила Беата. – Как я понимаю, они искали ту карту...

– Не только, – перебил её Ингвард, – сегодня на митинге выступает Первый министр вурдалаков, господин Варханга. Готов поставить свои клинки, что отступники попытаются воспользоваться ситуацией и устроить покушение.

– Смерть вурдалака всколыхнёт серию настоящих протестов и начнётся хаос, – добавил дядя, – а пока мы будем сражаться с обезумившей нечистью, айшагирцы смогут выкрасть карту и организовать налёт на нижние этажи.

– Значит, тридцать седьмой уровень всё-таки существует? – оживилась Эльза. – И там хранится...

– Артефакт, который никогда не должен покинуть подземелья, – отрезал генерал, – но об этом позже.

Ладно, мы подождём! А позже обязательно вернёмся к этому разговору. Да и о результатах допроса нечисти из архива тоже напомним и спросим!

– Сосредоточьтесь на проверке нечисти, мы почти пришли, – дядя прошептал короткое заклинание и сквозь марево Изнанки начали проступать уже знакомые нам очертания Эшанского кладбища.

Только на этот раз оно больше напоминало огромный концертный зал или карнавальную площадь.

Многочисленные склепы и памятники украшены гирляндами с разноцветными огоньками, на крышах – магические динамики и кристаллы для светового шоу. А сами митингующие сегодня прибыли с цветами и искусственными факелами, которыми принято махать на концертах для поддержки артистов.

– Это они Вархангу так тепло встречают? – удивилась я, накидывая на ближайшую группу нечисти сканирующую сеть."

"– В поддержку министра будет выступать местная рок-группа «Тинтарские призраки», – пояснил Ингвард, – ради них гномы и притащили столько аппаратуры.

Уф... боюсь представить, в какую сумму музыкантам влетит это выступление...

Размах мероприятия поражал воображение. Такого количества разнообразных световых артефактов я не видела даже во время императорских балов!

Над митингующей нечистью то и дело вспыхивали иллюзии, демонстрирующие самые яркие и знаменательные моменты из истории Тинтары и Эсшана, а сцена, на которой выступал последний оратор, казалась высеченной изо льда.

По её искрящейся глади скользили разноцветные огни, усиливая впечатление от речи вурдалака. Когда тот бил себя в грудь и произносил очередной призыв, сцена вспыхивала ярче, утопая в магических фейерверках, а едва оратор переходил на более мягкий и вкрадчивый тон, рассказывая о непростой судьбе местной нечисти, над Эсшаном растекалось нежно-лиловое сияние и в иллюзорном небе загорались одинокие серебристые звёзды.

Но долго любоваться гномьими иллюзиями нам не позволили.