По прозвищу Святой. Книга первая

Правая голень перебита выше сапога, штанина лётного хлопчатобумажного комбинезона залита кровью, и она продолжает сочиться.

Максим вытащил нож, перерезал ремни, освободил лётчика от парашюта. Под комбинезоном виднелась гимнастёрка с алым «кубарём» в голубой петлице. Младший лейтенант.

Он потянул на себя лётчика.

Правая ладонь ощутила мокрое и липкое.

Кровь.

Значит, ещё одно ранение. В спину.

На то, чтобы донести на руках потерявшего сознание младшего лейтенанта до лодки и доплыть до корабля ушло шесть минут.

Опустить в шлюз, достать и свернуть лодку (она сама всё сделала, только кнопку нажать), закрыть люк, уложить раненого на постель в жилом отсеке — четыре минуты.

До полного погружения корабля в болото оставалось четырнадцать минут.

Максим снял с головы лётчика шлем с очками, вгляделся в лицо.

Чёрные брови вразлёт.

Тонко очерченный нос, волевой, гладковыбритый подбородок.

Высокий лоб, на который падает чуб густых почти чёрных волос.

Максим бросил взгляд в зеркало. Оттуда на него глянуло смутно знакомое лицо. Чёрные брови вразлёт, тонко очерченный нос, волевой подбородок. Внимательные карие глаза.

Где-то он это лицо уже видел…

Где-где, в зеркале, ежедневно!

Похож? Похож, чёрт возьми.

Разве что губы у Максима чуть тоньше, не такие чувственные и по-юношески припухлые, как у этого незнакомого парня. Лоб, пожалуй, чуть выше. Но в остальном — похож.

Даже телосложение и рост примерно одинаковые. Если ещё и глаза окажутся того же цвета, то и вовсе братья. Близнецы — не близнецы, но рядом.

Ну надо же, сказал он себе. Пролететь миллиарды километров, попасть в прошлое и тут же встретить человека, почти неотличимого внешне от тебя самого? Что, так бывает, серьёзно?

Значит, бывает. Всякое бывает в жизни, тебе ли не знать. Помнишь, как однажды в Таганроге ты встретил свою одноклассницу Лильку Гришину? Которая оказалась вовсе не Лилькой, а просто похожей на неё один в один. Буквально, как две капли воды. И вообще, этот парень ранен, шевелись, потом будешь удивляться совпадению.

Сначала нога.

Разрезал комбинезон и синие галифе под ним, прижал рядом с раной капсулу с обезболивающим, дождался, когда лекарство всосётся под кожу.

Остановил кровь. Промыл рану. Наложил универсальный заживляющий пластырь.

Вот что значит война — хорошо учили первую помощь раненым оказывать, руки сами всё помнят.

А ведь хотели установить полноценный медотсек на корабле. Хотели. Передумали. Посчитали нерациональным. Как бы сейчас пригодился! Но чего нет — того нет.

Теперь медсканер.

Так, что тут у нас. Ага. Пуля перебила большую берцовую кость, разорвала икроножную мышцу.