Пациентка по межзвездной переписке

Они мне по закону полагаются. Так что я буду спасать их до последнего. Но если не выйдет, то мир на этом не обрушится нам на голову. Угу?

Я закивала и улыбнулась. Вяло, правда, но как смогла.

— Я тебе не позволю скиснуть, слышишь? Если пока не хочешь разговора с родителями, скрой кольцо... да хоть пластырем. Мои все равно от Лэксара все узнают.

Шмыгнув носом, я опять потянулась за одеялом.

— Лиля, — он мягко остановил, — будем одеваться. Точно, вещи!

Развернувшись, мой орш быстро вышел из каюты, я же оторопело смотрела на кольцо.

Жена? Я теперь ему настоящая жена?

Моргая, я все пыталась найти нужную эмоцию.

Ступор сменялся неверием, дальше пришло удивление и мгновенное счастье.

— Лиля, хорошо, что ты не разобрала сумки, сразу в мой шкаф все сложишь.

— Но мама... — шепнула я.

— Даю несколько дней тебе подготовиться, потом сам им все рассказываю, а ты стоишь за моей спиной и киваешь. А сейчас наряжайся, милая, я буду тебя знакомить с очень дорогим мне человеком. Посмотришь на нее и стыдно станет в душевой кабинке, пока муж не видит, слезы пускать.

С этими словами он протянул мне красивое желтое платье.

Глава 24

Сказать, что я волновалась, было равно подметить, что огонь горячий. Да у меня руки тряслись! Сердце бешено билось, и хотелось сбежать или уползти. И как-то на задний план отошли все исследования и возможная операция на ноги.

Нет, в данный момент меня пугал Нум, расправляющий подол моего платья.

— А может, я всё же в медкапсулу пересяду? — взмолилась, наверное, уже раз десятый.

Одна мысль, что я сейчас предстану перед родственниками моего орша, сидя на его постели, страшила до одури.

— Нет, зачем? — Он всё так же непонимающе смотрел на меня.

— А за твой рабочий стол?

Нум поморщился и тряхнул головой.

— Что не так, Лиля?

— Я в твоей постели, — выдохнула, похлопав по матрасу.

— Ну, так ты моя шаеши, в чьей еще постели ты должна лежать? — Он хлопнул светлыми ресницами и изобразил такое искреннее недоумение, что я прищурилась.

Всё он понимал, но отчего-то ему было нужно, чтобы я сейчас лежала, уперевшись спиной в его подушки.

— Нум? — мой голос стал строже.

— Ну вот ты уже не плачешь, — он просиял. — Милая, на твоем пальчике моё колечко. Ну где тебе ещё быть, как не в моей каюте? Я полностью одет, на тебе весьма симпатичное моему сердцу платье. Успокойся. Медкапсула сразу будет напоминать о твоей болезни. Стул... Родная, меня амаша потом взгреет за то, что заставляю тебя сидеть на твердой поверхности. Я уже слышу её: «Внучок, а что у тебя ума не хватило для первого волнительного знакомства пересадить свою шаеши на более удобное место?» Не подставляй, сердечко моё. И вообще подвинься, я делаю вызов. А то чувствую, переволнуешься и сляжешь.

— Уже сейчас? — взвизгнула я, одергивая зачем-то рукава.