Пациентка по межзвездной переписке

Никогда не заглядывалась на ровесников. Неинтересны. Им придется принять нас, Нум. Иначе…

— Скандал, да, — он как-то обреченно кивнул. — Ты не в том состоянии, чтобы расшатывать нервную систему. Да и мама твоя… Я пытаюсь списать её слова на расшалившиеся гормоны. Хоть у Эвана хватило ума отдернуть её, сжав локоток. Но и его желание отодвинуть меня в сторону и встать между нами мне не нравится. Какой-то тупик.

— Нужно время, — шепнула я, пристраивая голову на его плече.

Мы шли дальше. Миновали каюты. Поднялись по лестнице на верхний ярус. Я пыталась запомнить дорогу и ещё отчётливо понимала, что где-то Кирроси прав — на своей старой коляске я здесь особо и не покатаюсь. Остаётся надеяться, что мне подойдёт его магнитная доска.

— Проблема в том, моя девочка, что я не желаю ждать, — после некоторого молчания признал Нум. — Совсем не желаю. Или они в ближайшие дни меняют своё мнение насчёт моей неподходящей тебе кандидатуры и не пытаются снова припрятать тебя в чуланчик, или…

— Скандал, — обреченно произнесла.

Он закивал и тяжело вздохнул.

— Нет, я сразу понимал, что легко не будет. Что именно тебя они будут охранять и беречь. Но чтобы вот так в открытую заявлять, что место твое в четырёх стенах, а мне ткнуть на возраст.

— Нум, а сколько тебе лет? — мне стало по-настоящему любопытно.

— А это имеет значение? Лиля, красивая ты моя, у оршей и людей разное летоисчисление. Орши живут дольше. Так что разница приемлемая. Это только повод указать на место, которое они отвели мне рядом с тобой. Безопасный друг, — он произнёс это с такой злостью, что стало чуточку смешно.

А ещё рядом с ним я вновь чувствовала себя легко и свободно. Без этой тяжести в груди. Без страха быть обузой.

— А у меня для тебя отведено совсем иное место, Нум.

— Хм… — уголки его губ приподнялись. — И какое же?

— Ну-у-у, — мои пальчики прошлись по вороту его кителя на шее. — Как насчёт любимого мужчины? Рекомендую! Уверена, тебе понравится.

Он наконец улыбнулся.

— Ты совсем не переносишь, когда тебе перечат, да? Нум?

— Да. Меня это жутко раздражает. Воспитывали так, что моё слово закон. А вот гибкости не научили. Этим у нас в семье никто не страдает. Самое смешное, что я прекрасно понимаю твою маму. Она мне сильно бабушку напоминает. В нашей семье, Лиля, есть инвалид. И я сейчас не про физическое здоровье, а про ментальное. Мама Лэксара и Кирроси. Вот она как раз и вынуждена сидеть в четырёх стенах дома под постоянным пристальным вниманием бабушки. Но не потому, что нам так хочется. Нет. Она просто не в состоянии позаботиться о себе в отличие от тебя. У неё нет и малейшей возможности вести нормальную жизнь. Она откатилась до состояния ребёнка и уже никогда не выберется из него. И это боль всей семьи.